– Соболезную, – равнодушно произнес Чапай и набрал другой номер.
Этого абонента тоже не оказалось не только дома, но и на белом свете – по досадному совпадению тем же вечером его зарезали неизвестные хулиганы во дворе собственного дома. Третий уехал на рыбалку, причем так срочно, что забыл дома телефон, и жена не могла с ним связаться. Только четвертый поднял трубку лично:
– Алле?
– Здравствуй, Клещ, это Чапай.
– Здорово! Тебя уже выпустили?
– Почти, – неопределенно ответил рыцарь. – Ты где?
– Как обычно, в госпитале.
– Тебя же должны были давно выписать?
– Так и было, но позавчера опять попал.
– Хронический триппер?
– Хуже, позвоночник поврежден, но доктора обещают полное восстановление: спинной мозг целый, так что даже эрекция не нарушится.
– Член с ушами, ты разве не в курсе, что в мире происходят нехорошие вещи?
– Ты про Монастырь?
– А что там с Монастырем? – насторожился Чапай.
– Точно никто ничего не говорит, но вроде на женский Монастырь напали. Какое-то предательство, весь Орден на уши поставлен.
Но мы тут ничего не знаем, в госпиталь только слухи просачиваются.
– Это все говно, – констатировал Чапай. – Меня хотели убить, прямо в тюрьме, пришлось бежать. Сейчас пробовал звонить нашим – и странное дело: все или на удивление дружно скончались вчера вечером, или исчезли бесследно, в лучшем случае залегли на дно. Ты первый, кого я смог застать. Чтобы ни происходило, кто бы за этим ни стоял, про госпиталь они позабыли, у них и без тебя сейчас хлопот хватает.
Но учти, на твоем месте я бы сейчас объявил голодовку. И от капельниц откажись, пока тебе уксус вместо гемодеза не закачали.
– Твою мать! – выдохнул Клещ. – Чапай, да что же это творится?
– Точно не знаю… – задумчиво произнес рыцарь и твердо пообещал: – Но как узнаю, кто виноват, они пожалеют, что их еще до рождения в банке не заспиртовали.
– А мне что делать? Я и сбежать-то отсюда не могу.
– Если не объявишь голодовку, то кушай больше фруктов. Витамины никогда не помешают.
В крайнем случае рекомендую повеситься, – посоветовал Чапай и оборвал разговор.
Безуспешно вызвонив еще трех абонентов, он был вынужден прекратить попытки – на телефоне закончились деньги. Бросив трубку под ноги, Бровкин, не колеблясь, вышел из машины. Чапаю не нравился его нынешний костюм, но, учитывая, что слово «стыд» было ему известно только в теории, никаких комплексов по этому поводу он не испытывал.
Рыцарь направился к церкви.
Алексей был хакером.
