Он рукой показывал на север, откуда к нам двигались три бронемашины. Они шли по асфальтированной дороге, поэтому их не сопровождали клубы поднятой пыли. А радиостанция с утра не функционировала из-за сильных помех в эфире, по той же причине не работала и спутниковая связь. Зона не выпускала нас из своих объятий – не позволяла покинуть блокпост и отрывала от внешнего мира, лишая с ним связи. Поэтому появление этих машин и стало для меня новостью.
Мобильно-штурмовая группа состояла из трех «девяностых» бронетранспортеров с мощными башенными установками.
Наверху машин я мог видеть в бинокль отменно экипированных бойцов спецназа. Мрачные, сосредоточенные лица, тревога в глазах, но это понятно – в глубине Аномалья учебных задач не бывает, все только боевые, связанные со смертельным риском.
Колонна двигалась в сторону контрольно-пропускного пункта, но могла свернуть и на патрульную дорогу, в сторону блокпоста. Я не знал, какое задание выполняет эта группа, но мог догадываться. Возможно, ей предстоит зачистить Мокрянку от зомби.
Но кто его знает, может, в расход запланировали отправить и нас…
Бронетранспортеры шли со скоростью не меньше, чем тридцать километров в час, для отчужденной местности это достаточно быстрое движение. Но эти машины обладали высокочувствительными детекторами, способными распознавать аномальные зоны на большом расстоянии. Да и бойцы на броне, чтобы в случае опасности могли мгновенно спешиться. Знакомая тактика…"
"Головной БТР стал притормаживать у перекрестка основной и патрульной дороги, за ним сбавили ход и остальные.
Значит, колонна все-таки следует к нам. Но почему башенные установки уже поворачиваются в нашу сторону, как будто берут в прицел? Машины еще не свернули, а пушки уже смотрят на блокпост. И бойцы напряглись, как будто в воздух вот-вот должна взвиться зеленая ракета – сигнал к атаке…
Выпустив из трубы копотный дымок, первый бронетранспортер свернул на патрульную дорогу, вправо, а пушки, прокрутившись вместе с башней, так и остались смотреть на блокпост.
Начала сворачивать вторая машина, когда вдруг с грохотом застучал «Корд», установленный на крыше столовой. Я видел, как трассеры один за другим вонзались в людей, сидевших на броне головного БТР, насквозь прошивая прочнейшие бронежилеты. Еще я видел, как пули чиркнули по башне, оставляя после себя белые пятна.
Крупнокалиберный «Корд» из-за его потрясающе высокой кучности огня в армейском обиходе называют снайперским пулеметом.
