– У нас дела, у них труба… Гарнизон сорок вто-рого-дробь-пятого блокпоста уничтожен… Объявлена срочная эвакуация…
– Кого эвакуировать, если все уничтожены? – не понял я.
– Зверопсы атаковали поселок… Про аномалии ничего не говорили, но, я так понял, зона заражения расширяется…
– Расширяется, – кивнул я. – На востоке граница сдвинулась на тридцать километров, на юге, я слышал, на десять. Полковник говорил, что мы держимся. Пока держимся. Но фронт прорван, Зона двинулась на север… А кто фронт прорвал, а?
– Но мы же тебя спасали, – повинно пожал плечами Шпак.
– Да ты не вини себя. Ты здесь ни при чем…
– Ну как же ни при чем? Столько людей убили. Никогда этого себе не прощу…
– Ну, ну, будет. Ты же прекрасно знаешь, что нет в этом твоей вины. Тебя закодировали, тебя использовали как зомби…
– Я понимаю… Но я больше не позволю себя провести. Я больше не поверю этой бестии! – отчаянно мотнул головой сержант, забыв о своей контузии.
Он поморщился от боли, но его внутренний настрой противостоять Марице не померк.
– Да, кстати, командир, в штабе сказали, что ты пропал без вести, – вспомнил он. – Я так понимаю, зомби тебя сожрали. Ну, для всех…
– Но для вас я живой. Что ж, мне больше ничего и не надо… Как насчет прогулки с покойником?
– Не понял, – озадаченно напрягся Шпак.
– Со мной прогуляться не хочешь? В Мокрянку.
– Ты думаешь, надо? – пристально посмотрел на меня Шпак.
– Не знаю… Может, и не надо… Но я должен…
Я должен срочно увидеться с Марицей. Мне нужно высказать ей в лицо все, что я о ней думаю.
Только так я мог хоть как-то оправдаться перед собой. Хоть как-то…
ГЛАВА 34
Люди покинули поселок давно, но только сегодня его можно было назвать вымершим. Ни единой полуживой души на улице. Ни зверопсов, ни зосов, хоть бы какая гравиталка прошуршала в чахлой кроне скрюченной от недуга сосны. Все ушли на фронт. Это первое, что приходило на ум. И, увы, это совсем не смешно. Я знал, куда подевались зверопсы и зосы. Марица отправила всю свою нечисть за дробь-пятую границу.
Мокрянка оставалась на месте, но с каждым часом она все глубже погружалась в зону заражения. И от этих мыслей я чувствовал себя зверопсом: и гнусность свою ощущал, и волком хотелось выть.
Нас было немного: я, Шпак, Гуцул, Шарп и Пух. Якут и Баян со своим семейным подрядом остались охранять блокпост. Остались, как мне показалось, с удовольствием. После того как эти двое вновь обрели своих женщин, им не хотелось неоправданно рисковать.
