Жаль, что она не использует свой дар в книгах»; «Микки-Маус — тоже отец Виоловой» — это лишь малая толика насмешек, упавшая на мою голову после пресс-конференции, на которой я сообщила:
— Исполнитель одной из центральных ролей — мой отец.
Услыхав сенсационное заявление, журналисты сначала взвыли, а потом стали требовать:
— Дайте ваши детские фото с папой!
— Расскажите, как он вас водил в школу!
— Поподробней о детстве!
Я очутилась в совершенно идиотском положении. Ну не отвечать же борзописцам правду — что папашка большую часть жизни провел на зоне, а встретились мы с ним и начали общаться не так уж и давно[5].
Начальник пиар-отдела «Марко» Федор от всего этого схватился за голову, и утром в газеты ушел пресс-релиз, мирно разъясняющий ситуацию: Ленинид-де философ, он посвятил большую часть своей жизни изучению религий Востока, ездил в Индию, долгие годы провел в Тибете, затем перебрался в Китай. Дочь он воспитывал посредством писем, каждый день отправлял ей по пятнадцать страниц наставлений.
Можем показать архив, однако фото нет.
Но не прокатило. Пишущая публика принялась чесать о меня когти, с клыков журналюг капала ядовитая слюна. «Виолова хочет примазаться к славе Ленинида», «Интеллигентный актер не дает комментариев…», ну и так далее. Отчего-то все посчитали меня нахалкой, а папашку милым, тихим и просто очень талантливым мужчиной.
Ситуация взбесила меня до крайности, но, сами понимаете, никаких адекватных действий предпринять я не способна. Ленинид же цветет и пахнет, он воспринимает шум вокруг себя как справедливую оценку собственного таланта.
Если вспомнить поговорку про огонь, воду и медные трубы, то приходится признать: последние изменили папеньку до неузнаваемости.
Для начала Ленинид принялся натягивать на себя невероятные шмотки, представая перед нами в прикиде взбесившегося тинейджера, потом стал поговаривать о покупке машины. Любые мои замечания или дружеские советы он воспринимает с гримасой и отвечает с неподражаемо-презрительной улыбкой на губах:
— Доча! Яйца курицу не учат.
Сначала достигни моих заработков и славы, а там и погутарим.
Кроме того, я терпеть не могу креветки! В сыром виде они вызывают у меня жалость, в отварном мерзко пахнут. Ленинид же, заявившись в гости, притаскивает пакет с морскими гадами и командует:
— Ставьте на огонь кастрюлю, ща полакомимся от пуза!
В общем, теперь, надеюсь, всем понятно, отчего сегодня я, войдя в квартиру, первым делом скривилась.
