Но Ирке они не нравились, и она меня в квартире запирала, все орала: «Не смей с придурками дело иметь!» Только я убегала. А потом мы перебрались на новую квартиру. Денег не было, жили, честно говоря, просто в нищете. Ну да тебе это неинтересно. Короче говоря, наткнулась я на бумаги, а там и снимочки имелись. Вот эти. Ясно стало: я детдомовская. Очень мне эти фотки нужны, да дома держать стремно, спрячь их пока у себя. Ладно?
Аня замолчала.
— А дальше что? — полюбопытствовала Маша. — Ну, схороню я их…
Подруга пожала плечами:
— Пока ничего, а там посмотрим.
Удочерили меня. Во сука Ирка!
— Что же плохого? — попыталась вразумить подругу Маша. — Тебя выбрали из сотен других, значит, полюбили. Я бы Иру, наоборот, сильней, чем родную, уважала.
— Много ты понимаешь! — с жаром воскликнула Аня. — Сама нищая, зачем же еще ребенка брала, а? Ладно, забудем тему. Ирка меня терпеть не может, я же вижу. И чем дальше, тем больше. Анекдот. Ну да я ей отомщу! Смотри не потеряй фотки, они очень для меня ценны…
Маша закончила рассказ и примолкла.
Потом снова заговорила:
— Вот отчего, Натка, я тебе их принесла. Умоляю, спрячь!
Плохо понявшая, что к чему, Наташа кивнула и забрала конверт. Маша ушла, так и не попив чаю. Последние слова, сказанные Левкиной на пороге, прозвучали странно:
— Если я за снимками не вернусь, ты их сожги. Мало ли чего!
Я молча выслушала рассказ Наташи и уточнила:
— Вы их уничтожили?
— Фото? Пока нет.
— Можете мне показать?
Наташа встала, почти подбежала к батарее, расположенной отчего-то не у окна, а посередине стены, сунула руку за чугунную гармошку, вытащила белый прямоугольник и воскликнула:"
"— Отдам вам с одним условием: постарайтесь использовать полученное против Ани! Очень надеюсь, что ее надолго засадят в тюрьму.
Не одни же дураки в милиции работают, разроют правду про Галкину, выяснят, какая она мухлевщица. Небось они с Лизой деньги не поделили.
— Лиза Ане в матери годится, — вздохнула я.
— Еще скажите, что бабушка, — хмыкнула Наташа. — Так как, отнесете фотки ментам? Могу заплатить вам за услуги. Главное — пусть Аньку уличат!
— В чем? Снимки столь компрометирующие?
— Вроде ничего особенного. Но Маша, когда отдавала мне конверт, была уверена — с их помощью можно сильно напакостить Ане, — пояснила Наташа.
— Где Аня добыла карточки?
Наташа сморщила нос.
— Понятия не имею. Маша вроде ничего про это не рассказывала.
