Дурят людям голову, намешают всякой дряни, а бабы покупают.
— Зачем же фирма предлагает бесплатную пробу, если маска недейственна?
Анжела заговорщицки понизила голос:
— Женщины-то наши… совсем на голову больные… после тридцати в особенности… На все согласятся, если увидят, что похорошели.
— Вы же сказали: маска — дрянь!
Менеджер закивала:
— Верно. Она ничего не делает, там лишь краситель. А все очень просто. Приходит тетка с улицы, вползает в наш магазин, и первое, что видит, — свое отражение в зеркале… Наша хозяйка тоже не дура, просекла фишку… Думаете, почему во всех точках, где косметика выставлена, такой яркий свет, прямо глаза слепит, а?
— Не знаю, — пожала я плечами.
— Наверное, чтобы лучше видно было.
— Вот-вот, угадали! — закивала Анжела. — Даже самые мелкие морщинки высвечиваются. Покупательница на себя глянет и за голову хватается. Она, может, хотела всего лишь помаду купить, а приобретает целую сумку всяких средств, и все потому, что на свое отражение при входе полюбовалась и решила, что надо положение срочно исправлять.
— Понятно, — протянула я.
— А маска эта, — тараторила Анжела, — наносится на пятнадцать минут, потом смывается специальным лосьоном. Водой нельзя, получится, как у вас, пятнами. Если же правильно смолу удалить, кожа чуть-чуть оттеняется, легкий золотистый налет остается. Вид у лица сразу посвежевший, отдохнувший.
— А где лосьон взять можно? — оживилась я. Анжела поправила прическу.
— Ладно, попробую помочь. Идите по улице вниз, второй дом от угла, клиника «Бернардино», спросите на рецепшен Илью Германовича.
Он замечательный врач-косметолог, решит вашу проблему.
— К нему небось запись, — предположила я, — на полгода вперед время расписано.
— Ступайте спокойно, — поторопила меня Анжела. — Позвоню ему сейчас, попрошу вас принять, только фамилию свою скажите.
Анжела выполнила обещание. Симпатичная брюнетка на рецепшен, услыхав фразу: «Я Виола Тараканова, хочу попасть к Илье Германовичу», мигом вручила мне крохотный листочек и ласково улыбнулась:
— Отдадите талончик доктору, кабинет номер восемь.
Круглые кресла у двери нужной мне комнаты пустовали. Я осторожно постучала в белую лакированную створку.
— Войдите, — послышался приятный баритон.
Я вступила внутрь, увидела кушетку, письменный стол, компьютер, около него мужчину и тихо сказала:
— Здравствуйте.
Илья Германович оторвался от экрана, я обомлела. Врач был красив, словно греческий бог.
