— Ты не имеешь права говорить о ней.
— Почему, Бабочка? Боишься, что станешь такой же, как она? — Он наклоняется так, что нас разделяет лишь лёгкое дыхание. — Вот проверка реальности: с кем-то вроде Эйдена ты закончишь хуже, чем твоя мать; ты закончишь, как его мать. Тебя найдут мёртвой после долгих часов страданий в глуши.
Я поднимаю кулак и бью его в грудь, мои глаза щиплет.
— Пошёл ты, Коул.
Я собираюсь снять ожерелье и вернуть его, но он говорит.
— Если ты снимешь это, я заберу его, так как ты отказываешься.
Поджав губы, я опускаю руку. Почему он знает, на какие кнопки нужно нажимать? Нет ничего, что я ненавижу больше, чем проигрывать, даже не начав.
— Уходи, — отмахиваюсь я от него. — Я не хочу снова видеть твоё лицо.
— Это было бы трудно, учитывая семейные узы и все такое.
— Что?
— Мама и Себастьян встречаются.
О, Боже.
Если бы моя челюсть могла упасть на пол, это произошло бы прямо сейчас.
Мой план годичной давности сработал. Часть меня взволнована тем, что у Хелен и папы есть второй шанс, но другая часть, та, которая смотрит в эти бездушные зелёные глаза, заставляет меня остановиться.
Коул — сын Хелен.
Если так пойдёт дальше, он будет…
Нет, нет. Я не позволю своему мозгу озвучить эту мысль.
— Ты знаешь, что это значит, Бабочка?
Я отчаянно качаю головой, не желая думать об этом.
Он кладёт обе ладони мне на щёки, пока его губы не оказываются в дюйме от моих, а затем, просто так, он касается ими моего рта один раз, прежде чем потребовать этого поцелуя.
Это совсем не похоже на то, что было год назад.
Это не просто массаж языков и невинные поглаживания. На этот раз он пожирает меня, наши зубы стучат друг о друга, пока он агрессивно целует меня.
Его пальцы впиваются в мою кожу, когда он наклоняет мою голову вверх и погружает свой язык внутрь, кружа им напротив моего. Как будто ему все мало.
Я не могу насытиться.
В моей голове звучит голос, говорящий мне, что я должна прекратить это, но я слишком опьянена его вкусом, тем, как он хватает меня и съедает заживо, чтобы слушать этот голос.
Когда он отстраняется, он кусает мою нижнюю губу, заставляя меня вздрогнуть. Затем он шепчет возле моей челюсти.
— Я буду хорошо заботиться о тебе, сестрёнка.
Его слова выводят меня из ступора, но я все ещё слишком оцепенела. Я даже не могу поднять руки, чтобы ударить его.
— Не тратьте своё время на тренировки. — Он делает громкую заметку, нажимая несколько клавиш одновременно. — Я выиграю соревнование.
Затем он поворачивается и уходит.
