Она всё больше и больше становится копией своей матери, и хуже всего то, что я не думаю, что она даже осознаёт это.
Когда же её глаза встречаются с моими, она замирает на долю секунду, прежде чем хмыкнуть и обратить своё внимание на остальных.
С того дня в нашей гостевой комнате Сильвер поставила перед собой задачу избегать меня и никогда не оставаться со мной наедине. Всякий раз, когда мы случайно встречаемся у меня дома — потому что я заставляю её думать, что не вернусь в это время, а потом всё равно появляюсь, — она притворяется, что меня не существует.
Как сейчас.
Это игра, в которую мы играем. Притворяясь, что друг друга не существует.
Я всё ещё дёргаю её за волосы при каждом удобном случае. Со временем она утратила этот благоговейный, удивлённый взгляд, но это один из самых редких моментов, когда она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Обычно они слишком рано превращаются в свирепые взгляды, но эта короткая секунда того стоит.
Сильвер всё ещё пытается конкурировать со мной при каждом удобном случае.
Большую часть времени она проигрывает. Поначалу я проигрывал, видя, как её глаза расширяются по-другому — от счастья, — но в последнее время она выводит меня из себя со всеми ублюдками, с которыми она сидит на вечеринках, так что я обязательно должен видеть, как она проигрывает.
Я позабочусь о том, чтобы она упала к моим ногам.
Однако же она каждый раз встаёт и отступает ещё более решительно. Это одно из её самых замечательных качеств. Это похоже на то, что она может взобраться на гору, а затем разрушить её, если захочет.
Я сейчас та гора в её жизни. Тот, на котором она никогда не сможет достичь вершины. Я ей не позволю. Я буду держать её рядом с собой, потому что мне нужен хаос, который она привносит в цельную наружность. То, как она впивается ногтями и нарушает скучный цикл.
И если я уступлю ей, если позволю поступать по-своему, всё вернётся на круги своя, а мне не нравится нормальное.
— Я принесла закуски, которые мы с Хелен приготовили.
Она несёт пакеты на кухню.
— Есть какие-нибудь чипсы?
Ронан помогает ей, и она кивает. Ксандер идёт за ним, потирая руки.
— Я получу половину чипсов.
— Нет! — Ронан достаёт воображаемый меч. — Сразись со мной за это, крестьянин.
Ксандер достаёт свой собственный воображаемый меч, и они начинают прыгать, как обезьяны, вокруг Сильвер.
— Ты имеешь в виду, что мама приготовила их, а ты просто смотрела.
Говорю я, притворяясь, что читаю свою книгу.
