Он не смотрел на меня, когда произносил эти слова.
Он смотрел мне за спину.
На тень, которую я, возможно, не мог почувствовать, потому что меня трясло, я смотрел, как тонет папа, и не мог ничего с этим поделать.
Он смотрел на меня.
Или то, что написано в книге как Гэв.
Гэв — моя мать.
Сильвер — её кукла.
Глава 43
Кукольный Мастер
Из телефона доносится «Лунная соната», и я напеваю вместе с ней, вытирая руки своей куклы.
Это её любимая фортепианная пьеса. Это мне нравится, и это заставляет меня думать о ней.
Она всё ещё без сознания.
Может быть, на этот раз я положила в шприц слишком много пропофола?
Что ж, я промахнулась.
Я была немного зла всю ночь.
Всё, что я сделала, чтобы быть рядом со своей куклой, медленно увядает. Эта стерва Синтия всегда была больным пальцем еще со средней школы. Её единственная спасительная благодать — это рождение моей куклы.
Теперь они с Себастьяном думают, что она может забрать её у меня?
Он сказал, что мы должны развестись. Мне нужно съехать. Я больше не могу её видеть.
Я не могу готовить для неё, мыть её, расчёсывать ей волосы, целовать её, смотреть, как она трахается с моим сыном.
Я не завидую Коулу. Он всегда был неинтересной куклой, но он единственный, кто может заставить её закатить глаза и приоткрыть губы с таким удовольствием. Поэтому я позволил им поступать по-своему.
Даже если они иногда запирают меня снаружи.
Теперь, из-за Синтии, Себастьян говорит, что я больше не могу жить со своей куклой. Я предложила ему все, что Уильям оставил мне, с единственным условием, что я останусь с ним — со своей куклой.
Я только собиралась продолжать наблюдать издалека. Я собиралась расчесать ей волосы и поцеловать её на ночь и утром, и чтобы она поцеловала меня в ответ.
Это всё, о чём я просила.
Я даже причиняла боль другим куклам, чтобы не потерять хладнокровие и не прикоснуться к ней.
Ни одна из этих жертв не сработала. Она всё равно собиралась меня бросить.
Что бы я ни сделал, она предпочла бы мне эту стерву Синтию.
Я убью Синтию, как только моя кукла проснётся и поцелует меня.
Тогда мы можем остаться здесь.
Она всегда приходила сюда и готовила со мной. Ей это нравится.
Сильвер стонет, медленно открывая глаза. Эти голубые-голубые глаза. Как моя предыдущая кукла, которую я прятала под подушкой, когда папа любил меня.
Хотя она лучше, чем эта кукла. Сильвер более утончённа, и её улыбка более реальна.
— Х-Хелен? — Она прижимает ладонь к виску и медленно садится. — Что случилось?
— Ты в порядке, дорогая.
