Он вынимает кляп, и я сглатываю всю слюну, которая собралась у меня во рту.
Коул развязывает мне запястья. Я отталкиваю его, пытаясь освободить лодыжки, но в итоге затягиваю узлы ещё туже.
У него вырывается смешок, когда он берёт на себя эту задачу.
— Сиди спокойно.
Как только я больше не связана, я выпрыгиваю из багажника и бью его кулаком в грудь.
— Что, если бы у меня была клаустрофобия, ты, придурок?
— Это не так. Ты прячешься в своём шкафу каждый раз, когда пишешь в своих дневниках.
Мои губы приоткрываются.
— Т-ты знаешь о них?
— Может быть.
О. Боже. Мой.
Он не должен был этого делать. Какого чёрта он вообще о них знает?"
"— Как много ты прочитал?
— Всё.
— Ты… ты… ты такой извращенец!
— Не такой большой, как твои записи обо мне в последнее время.
Мои щеки пылают до глубокого красного оттенка.
— Заткнись.
— Зачем? Ты стесняешься признаться, что ночь — твоё любимое время суток?”
— Как угодно. — Я складываю руки на груди. — Если ты сделаешь это со мной ещё раз, ты прочитаешь о чёрной магии и кукле Вуду, которую я готовлю для тебя.
Он хватает меня за руку и притягивает ближе, так что я оказываюсь вплотную к нему спереди.
— Если ты снова скажешь, что ненавидишь меня, это будет только усугубляться.
— Усугублять?
— Ага, — шепчет он мне на ухо. — И это включает в себя грёбаный дневник.
Я отталкиваюсь от него, собираясь сесть на пассажирское сиденье, но он не отпускает меня.
Коул бросает меня на заднее сиденье, закрывает дверь и задирает моё платье.
— К-кто-нибудь увидит, — выдыхаю я, даже когда мои ноги обвиваются вокруг его талии в тот момент, когда он стягивает брюки.
— Они не увидят.
— Что, если они это сделают?
— Что, если они это сделают, Сильвер? Что, если они, блядь, сделают это? — Он входит в меня одним долгим движением, которое вырывает стон из моего горла. — Это не изменит того факта, что я трахаю тебя и сплю с тобой каждую ночь. Это не меняет того факта, что ты моя.
Дрожь охватывает меня в своих тисках, когда он владеет мной во всех смыслах этого слова.
В последнее время мне кажется, что он трахает не только моё тело, но и моё сердце и душу.
Он владеет каждой частью меня, нравится мне это или нет.
Сначала я думала, что это будет интрижка и скоро закончится. Я думала, что мне станет скучно, я устану, или, может быть, все сойдёт на нет.
Но прошли месяцы, целые чёртовы месяцы, и все это только усиливалось, а не угасало.
О чём я только думала? Это Коул.
