Это было вчера.
С тех пор я не слышала от мамы ни слова. Сейчас выходные, так что я понятия не имею, где она может быть. Обычно она придумывала работу, потому что, в отличие от того, в чём она не признается, мама тоже трудоголик, как и папа.
Мы должны были проводить время вместе, но она не отвечала на мои звонки или сообщения. Её также нет в её квартире, и это меня пугает.
Я планирую собраться с мыслями и сдержать своё обещание Коулу — часть о том, чтобы больше ничего от него не скрывать. Я думала о том, как рассказать ему о беременности, потому что, как он сделал с Адамом, я знаю, что он позаботится об этом.
Или, по крайней мере, помоги мне принять решение, поскольку очевидно, что я не могу этого сделать."
"Часть меня боится, что он прикажет мне избавиться от этого.
Чего еще мне следует ожидать? Что он предложит нам уехать из страны или что-то в этом роде?
Черт возьми, Сильвер. Перестань быть наивной дурочкой.
У Коула сегодня ранняя тренировка из-за вечерней игры, так что мне не нужно смотреть на его лицо и чувствовать вину за то, что я что-то скрываю от него.
Кроме того, исчезновение мамы ощущается как тяжесть, давящая мне на грудь, нависающая надо мной, как демон.
Я чувствую себя как та девушка, которая вошла к ней, когда она тонула в собственной крови.
Она не отвечала на мои звонки уже пятнадцать часов. Она пообещала никогда больше так со мной не поступать.
Я стучу в дверь папиного кабинета, балансируя подносом с чаем на руке, и вхожу внутрь.
Натянутая улыбка скользит по моим губам, когда я обслуживаю папу, Фредерика, Дерека и остальных членов их команды.
— Спасибо, мисс. — Дерек улыбается, но быстро скрывает это.
Я возвращаю его, а затем спрашиваю папу.
— Могу я поговорить с тобой секунду?
— Безусловно. — Он кивает им, прежде чем последовать за мной на улицу. Мы стоим перед закрытой дверью его кабинета. — В чём дело, принцесса?
— Мама пропала.
Его челюсть напрягается.
— Она взрослая женщина, Сильвер.
Перестань беспокоиться о ней, как о ребёнке.
— Папа…
— Почему ты вообще хочешь поговорить с ней после шоу, которое она устроила вчера?
— Ты не понимаешь. Её нельзя надолго оставлять одну.
Я стучу ногтями друг о друга.
Выражение его лица меняется от гнева к задумчивости.
— Что ты имеешь в виду?
Мама убьёт меня, если узнает, что я рассказала ему, но она подтолкнула меня к этому. Я больше не могу выносить эту боль. Я не могу скрывать это от папы.
