Может быть, поэтому я не могу вспомнить остальное.
Ты чудовище.
Мой чудовищный отец называл меня чудовищем. Насколько это иронично?
Очевидно, недостаточно иронично, потому что я не могу выбросить это из головы. Это похоже на старый, искажённый диск, который воспроизводится в моей голове на повторе.
Я не могу забыть кровь, или руку, или булькающие слова, которые он сказал, прежде чем совсем перестал говорить.
Сегодня годовщина смерти Уильяма Нэша. Десять лет спустя я всё ещё стою на краю бассейна, как будто я тот маленький ребёнок.
Я всё ещё удивляюсь, почему я протянул руку, чтобы вытащить его.
Почему я не хотел, чтобы он утонул, хотя он этого заслуживал.
Я до сих пор удивляюсь, почему я не кричал, не вопил и не плакал, когда не мог до него дотянуться. Когда он плавал в кровавой воде. Почему я развернулся и ушёл? Дети моего возраста не должны так реагировать на то, что их отец тонет в собственной крови.
Мне следовало пойти к маме. Я должен был, по крайней мере, отреагировать.
Я не сделал этого.
Это было… ничто. Оно есть, но ты его не чувствуешь, не видишь и не чувствуешь запаха.
Тонкие руки обхватывают меня сзади за талию. Её цветочный аромат окутывает меня, когда её бледные, ухоженные руки обхватывают мой живот.
На секунду я закрываю глаза и обрываю связь с кровавой водой.
Сильвер — это мой хаос. Она первый человек, которого я увидел после всей этой крови, и только по этой причине она связана с этим.
Она не должна быть моим спокойствием. И все же, когда её голова падает мне на спину и её тепло смешивается с моим, я понимаю, что она — единственное спокойствие, которое у меня когда-либо было в жизни.
Даже книги не сравниваются — и это о чём-то говорит.
Сильвер — это красота и уродство.
Спокойствие и хаос.
— Как ты попала внутрь?
Я не пытаюсь смотреть ей в лицо."
"— Я попросила у Хелен код. Я думала, ты вернёшься домой на годовщину. — Её голос срывается. — Я хотела сказать тебе это на похоронах, но ты вёл себя подло, поэтому я не стала.
— Сказать мне что?
— Я так сожалею о твоей потере, Коул. Ты был слишком молод, чтобы потерять родителя.
— Или, может быть, я был достаточно взрослым, чтобы понять, что лучше, если я потерял этого родителя.
Она поднимает голову с моей спины, но не отпускает меня.
— Что ты имеешь в виду?
— Мой отец был жестоким. Он бил меня и маму, особенно маму, всякий раз, когда был пьян.
— Ох. Я этого не знала.
— Никто этого не знал. Мы с мамой отличные актёры.
