— Бред какой-то, — пробубнила себе под нос Настя и уже собралась спуститься вниз к Бэлле и дяде Илье, как зазвонил сотовый. Она нервно выудила его из сумки и глянула на входящий номер. Димка!
— Да, Дим, — пробормотала негромко.
— Я не понял, зай, — вскинулся тот. — На похороны приперся, а ты даже не подошла.
— Дим, это все-таки похороны. Я видела тебя, но не смогла подойти. Прости…
— А вот для Кольки у тебя время нашлось. Или ты с ним опять любовь крутишь?
— Ни с кем я ничего не кручу, — отмахнулась Настя и добавила грубо: — Отвали, а? Мне сейчас немножко не до тебя.
— Конечно, — взвился Димка. — Ты же теперь богатенькая! Своя хата! Родственники — бандюки. Сидел там около тебя мужик. Вон по телеку передали, что его родной отец и дядька в девяностые беспредел творили в городе. Столько народу из-за них пропало… А ты с ними в десна бахаешься…
— Что за чушь ты несешь? — фыркнула Настя и отключила вызов. Она снова попробовала смотреть новости. Но тот репортаж уже закончился, и шел сюжет о ремонте школ района.
— Вот же блин, — тихо ругнулась она, жалея, что из-за Димки пропустила важную информацию. Поэтому, когда телефон зазвонил снова, она не глядя щелкнула на кнопку с зеленой трубкой и пробурчала недовольно: — Да, Дим…
— Анастасия Васильевна, — пророкотал из трубки незнакомый бас. — Редакция журнала «Барометр». Можете прокомментировать сегодняшние события?
— У меня умерла бабушка, — отрезала Настя. — Сегодня ее похоронили и…
— А как же ваше родство с кланом Легатовых? — перебил журналист.
— Как вы относитесь к тому, что, будучи родственницей одного из значимых лиц криминала, ваша бабушка обучала детей в школе?
— Вы с ума сошли, — охнула Настя и собралась добавить еще пару ласковых, когда в дверь постучали.
— Настя, открой, — потребовала Бэлла."
"— Весь мир сошел с ума, милая девушка, — панибратски заявила трубка. — Но мы этого так не оставим! Общественность должна знать правду, и мы подаем заявление в Следственный комитет…
— Но… — изумилась Настя, отпирая дверь и впуская Бэлку.
— Но…
— Кто это? — резко поинтересовалась родственница. — Журналисты? — и протянула руку. — Дай-ка мне трубку! — И взяв Настин сотовый, холодно осведомилась: — Представьтесь, пожалуйста.
— А с кем я говорю? — заорал мужик из трубки.
— Я — адвокат Анастасии Тарасовой, а вы кто?
— Зачем вам?
— Я готовлю иск в суд с требованием материальной компенсации за моральный ущерб самой Насте и ущерб репутации Дины Васильевны. Примерно на пять миллионов.
