Но только он переступил порог гостиной, сразу понял, насколько сильно не угадал.
Тереса!.. Его мелкая заноза… Почему она тут? Почему Готцкий держит её под руку?
На ней было изысканное вечернее платье с асимметричным вырезом — одно плечо открыто, другое закрыто. Это ТО платье. Где-то в области ребёр кольнуло и сдавило. Он снова оказался во власти ТЕХ чувств. Неправильное платье. Нужно открыть девчонке и второе плечо. Они у неё совершенные. Не мраморные и белёсые, как у див на картинах художников прошлых веков — наоборот, смуглые от загара и тёплые на ощупь.
"
"Он смотрел на всех присутствующих в гостиной. Но взгляд упрямо фокусировался только на девчонке… А оно ей всё-таки шло, это неправильное платье. И ей шла высокая причёска. Волосы были подняты и скреплены заколками, открывали тонкую шею с ниткой зелёного жемчуга, который ей тоже шёл. Это две разные Тересы — та с хвостиком в академической униформе и эта в светском блеске вечернего платья. Но Джозеф не обольщался, это всё ещё была она, его заноза, с каверзным блеском в зелёных глазах.
Дай ей чайник и польёт любого, кто рискнёт проспать на лекцию или допустит другое нарушение дисциплины. Его настырная хорошенькая умненькая староста.
— Джозеф, рад тебя видеть, — поприветствовал вошедшего Готцкий. — Позволь представить моих гостей. Дьер Патриций и его дочь лерра Тереса, моя невеста.
Глава 41. Месть — сладкая штука
Джозеф и… Джозеф.
Тоцкий и… Готцкий.
Тереса переводила взгляд с одного на другого. Разница в одну букву, но внешне они заметно отличались.
Оба высокие и привлекательные, но обаятельность Чернобурого была с подвохом, будто лису что-то нужно от Тересы — вот и улыбается. А Тоцкий в противовес ему был прямолинейно грозен и мрачно красив. Никакой там улыбки. И поглядывал на Тересу, прямо скажем, странно. Будто он очень не в восторге от её платья, будто она в нарушение устава академии пришла на занятия не в академической униформе. А они, между прочим, сейчас не в академии.
Но интересно, что его сюда занесло? Тереса меньше всего ожидала увидеть в гостях у Готцкого Тоцкого.
Хотя чему удивляться? Похоже, они приятели. А приятели по выходным ездят друг к другу поболтать там или сыграть партию в шахматы.
— Позволь представить моих гостей: дьер Патриций и его дочь Тереса, моя невеста, — провозгласил Готцкий.
Взгляд Джозефа ещё больше потяжелел. Теперь он смотрел на Тересу так, будто она его только что из чайника ледяной водой окатила. А было это уже, между прочим, давным-давно, можно и забыть.