– Начинать войну кланов посреди своей предвыборной кампании?!
– Это они ее начали! – кричу я в ответ. – Они пытались сжечь наш гребаный дом! Украли часы дедушки и швырнули их в озеро! Чего ты ожидал, что я испеку им чертов пирог?
– Умерь свой пыл, – шипит мне отец. – Тебя могут услышать.
Как будто это не он только что орал в два раза громче.
Я делаю глубокий вдох, пытаясь усмирить гнев, рвущийся наружу.
– Я сказал тебе, – тихо, сдавленно отвечаю я. – Я. Все. Улажу.
– Черта с два, – говорит отец, качая головой.
– Ты уже доказал свою полную некомпетентность. Калечить младшего сына? Ты с ума сошел. Ты в курсе, что он звезда спорта? С таким же успехом ты мог бы его убить.
– В следующий раз – непременно, – яростно обещаю я.
– Ты закончил, – говорит отец, качая головой.
– Это не тебе решать.
Он с силой толкает меня в грудь.
Это лишь распаляет мой адреналин. Я уважаю своего отца. Может, Гриффин-старший и выглядит как профессор, но он убивал людей голыми руками. Я видел это своими глазами.
Но он не единственный костолом в этой комнате. Я не тот покорный сын, которым был когда-то. Теперь мы равны.
– Пока я являюсь главой этой семьи, ты будешь мне подчиняться, – говорит отец.
Я много чего могу на это ответить. Но я проглатываю эти слова. С трудом.
– И что же ты предлагаешь… отец? – глухо спрашиваю я.
– Ситуация вышла из-под контроля, – отвечает он. – Я звоню Энзо Галло.
– Ты шутишь?!
– Закрой рот, – рявкает отец. – Ты уже достаточно наломал дров. Посмотрим, как я смогу исправить ущерб, прежде чем членов наших семей не начали находить на улице мертвыми.
Поверить не могу. После того как они плюнули нам в лицо в нашем же доме, он хочет созвониться и начать переговоры. Это безумие. Это трусость.
Мое возмущение не скрыть от взгляда отца.
– Отдай мне свой телефон, – говорит он. Протянув руку, ждет, пока я не вручу аппарат. Тот был в кармане, когда я нырнул в озеро, так что от него все равно никакого толку.
– Я собираюсь связаться с Энзо Галло, – повторяет отец.
– Ты оставайся здесь, пока я не пришлю за тобой. Ты не будешь ни с кем говорить. Не сделаешь и шагу за пределы этого дома. Понял меня?
– Я под домашним арестом? – фыркаю я. – Я взрослый мужчина, отец, что за чушь?
Он снимает очки, и его бледно-голубые глаза проникают мне прямо в душу.
– Ты мой старший и единственный сын, Кэллам, – говорит отец. – Но уверяю, если ослушаешься, я уничтожу тебя. Мне не нужен сын, которому я не могу доверять.
