"
"Затем она выступила вперед и начала кричать на меня с темпераментом и словарным запасом заправского моряка, и я укрепился в мысли, что именно эта пигалица вломилась в наш дом.
Наконец, вместо того чтобы отдать мне часы, она швырнула их через перила, как гребаная психопатка. И тогда я понял, что за милым личиком таится демон. Это девушка – чистое зло, худшая во всей семейке. Что бы с ней ни случилось, она это заслужила.
Вопрос лишь в том, что я собираюсь с этим делать?
Прямо сейчас я хочу убить каждого гребаного Галло.
Но не могу позволить себе устроить кровавую баню прямо накануне выборов. Так что остается лишь второй проверенный способ – пустить ублюдков по миру.
Они хотели сжечь мой дом – я сожгу их небоскреб на Оук-стрит.
Это будет лишь затравка. В качестве основного блюда я уничтожу каждый ресторан и ночной клуб под контролем итальяшек.
Мысль о том, какое адское пламя я извергну на головы Галло, согревает меня, пока я шагаю по улице в своих промокших туфлях и мокром костюме.
Джек трусит рядом со мной, смущенный тем фактом, что пацан и его младшая сестра нас уделали. Он прекрасно понимает, что я жажду крови, поэтому не рискует открывать рот, чтобы не нарваться. Я замечаю, что у него самого разбит нос и рассечена бровь – довольно унизительно для того, кто пару лет назад выиграл турнир UFC[24].
Мои туфли отвратительно хлюпают. Мой сшитый на заказ костюм воняет, как дохлая морская звезда.
ЧЕРТ БЫ ЕЕ ПОБРАЛ!
Мне нужно переодеться, пока я буквально не сошел с ума.
Я направляюсь домой, где уже затихает вечеринка. Похоже, мы пропустили выступление певички – впрочем, я сожалею разве что о том, что не увидел выражения радости на лице Нессы. Еще один облом этого дерьмового вечера.
Я не успеваю войти, как натыкаюсь на полный ярости взгляд отца.
– Где тебя черти носили? – рычит он. – Какого хрена ты не сказал мне, что на вечеринке были Галло?
Отец оглядывает мою одежду, с которой на безупречную плитку льется грязная вода.
– И почему ты мокрый? – равнодушно бросает он.
– Небольшая потасовка на пирсе. Не волнуйся, я все улажу, – цежу ему сквозь зубы.
– Это неприемлемо, – отвечает отец. – Поднимайся в мой кабинет, ты все мне расскажешь.
Мне не терпится вернуться и жестоко отомстить этим поганым итальяшкам, но я иду с отцом, чтобы все ему рассказать. И он не в восторге от моего рассказа.
– О чем ты, на хрен, думал?! – кричит он, наклонившись так близко, что слюни летят мне прямо в лицо.
