Тимошин моментально успокоился и, склонившись надо мной, спросил:
— И как же?
Я попыталась открыть рот, но низ подбородка окаменел, губы пересохли, и вместо слов у меня вырвался тихий стон.
Тимошин выругался и тут же вышел. Вернулся он через пять минут и принес кружку воды. Часть ее он плеснул мне в лицо, а вторую — залил в рот. Я потихоньку начала приходить в себя. Отставив пустую кружку в сторону, Тимошин уставился на меня и спросил:
— А теперь говори, как ее получить. Может, и отпущу.
Я внимательно посмотрела на его покрытое от злости потом лицо и заговорила:
— Я могу позвонить другу сама и попросить отдать пленку тому человеку, который за ней придет и привезет от меня записку.
Он отдаст, точно. Вы просто возьмете пленку, и все, вас он не знает.
— Если мент, то, может, и знает, — не доверяя мне, вставил рецидивист. — Хочешь меня таким образом сдать, да? Лады, я тебе дам телефон, но только за пленкой сам не поеду, поедет мой друг.
На пару минут Тимошин задумался, потом вышел в коридор и позвал того лысого мужичка, что открывал нам дверь.
Несколько минут они о чем-то бурно совещались за дверью.
Из долетавших до меня обрывков фраз я смогла понять, что приятели решали, кто поедет к менту. Причем работник морга явно упорствовал, отказываясь впутываться. Мол, помог, чем мог, а дальше не его заботы. Тимошин упирал на то, что боится оставить меня одну. Мол, баба умная, кто знает, на что способна.
Не знаю уж, до чего они в конце концов договорились, но Тимошин вернулся явно расстроенный и сказал:
— Пиши свою писульку, а там уж я на месте разберусь, кого с ней к твоему другану посылать, — и сунул мне прямо под нос лист и шариковую ручку.
Я хмыкнула и сказала:
— Меня ногами писать не учили.
Тимошин громко ругнулся, наклонился ко мне и расстегнул один из наручников у меня за спиной. Но второй не отпустил, а мертвой хваткой вцепился в него.
«Вот так номер, он меня боится даже в таком состоянии!» — отметила удивленно я.
Это открытие меня немного порадовало, и я, собравшись с мыслями, накорябала Кире записку, зашифровав в ней сообщение о том, что непременно нужно задержать Тимошина.
Я была уверена, что Кирьянов все поймет правильно.
Закончив с посланием, я передала его Тимошину. Тот взял, пробежал текст глазами и, не обнаружив ничего подозрительного, принялся вновь сцеплять мне руки. Затем поставил меня на ноги и поволок из каморки.
Сначала мы оказались в коридоре, затем в какой-то комнате, полной белых халатов и марлевых повязок.
![Обложка книги Артефакт с темным прошлым [Сборник]](/uploads/posts/images/4/artefakt-s-temnym-proshlym-sbornik.jpg)
