Вот приедем в столицу и познакомлю.
А так как приезжать в столицу мы не планировали, то данное событие должно случиться не очень скоро. Если, конечно, его родные сами не решат к нам заглянуть, приехав на край мира.
– Господа влюбленные, вы жениться-то будете? – вмешался храмовник, которому надоело стоять и слушать наш разговор.
– Обязательно. Меган? – Калеб вопросительно на меня взглянул.
И я сама не поняла, как согласилась.
Так я и стала Меган Бенедикт. А потом нас ждал ужин в ресторане. Небольшой розовый торт с нашими именами и номер для новобрачных в лучшей гостинице Родрика.
– А, если бы я отказалась? – спросила, изучая лепестки роз на огромной кровати и столик, на котором возвышалась корзина с фруктами и бутылка игристого вина.
– Ты бы не отказалась.
– Ты слишком уверен, господин Бенедикт, – повернувшись, произнесла я.
– Наверное, я просто слишком сильно люблю тебя, госпожа Бенедикт, – заметил он, подходя сзади и обнимая меня за талию.
– Госпожа Бенедикт… – улыбнулась я, закрывая глаза и наслаждаясь нежными поцелуями в шею.
– А что, звучит.
– Прекрасно звучит, – согласился со мной муж, слегка прикусив мочку уха.
Муж… Ох, это тоже звучало прекрасно. Муж и жена. До сих пор не верится.
– У меня для тебя сюрприз, – произнес Калеб, отстраняясь, и поднял с пола коробку, которую я не заметила.
– Еще один? – удивилась я, с любопытством ее изучая.
Вроде ничего особенного, просто коробка обычного серого цвета.
– Тебе понравится.
Внутри, под шуршащей подарочной бумагой, оказались лоскуты уже знакомого стального цвета и кусочки живого металла.
– Это что? – ахнула я, поднимая на мужа взгляд. – Ты купил у Люциана платье? Оно же стоит целое состояние!
– Красивое платье для самой красивой девушки, – произнес Калеб. – Оно было сшито для тебя и должно принадлежать тебе, Меган.
– Спасибо, – прошептала я, бросаясь ему на шею.
Матушка на вручение диплома не приехала.
Обиделась. Сначала на то, что я вышла замуж без ее благословения и вообще без свадьбы, нарушив все ее планы.
А потом из-за того, что мы подписали контракт на целый год и собрались ехать неизвестно куда.
– Ты смерти моей хочешь, Меган! – рявкнула она и отключила связеон.
И не выходила на связь целых два месяца. Признаюсь честно, это были восхитительные два месяца.
На выпускной бал я не пошла. Не видела смысла. Я пробыла в академии меньше двух месяцев и подружиться успела лишь с соседками по комнате, и то не сильно. Мы были слишком разными.
