Не занят? Дуй в тюремный блок… Знаю, что много работы… Гас, считай, что это моя личная просьба… Да, буду должен… Да, личное дело… Да, у меня тоже бывают личные дела… Да тут твой коллега начудил… Что значит: какой? Шрайтер, чтоб его… Надо откачать девчонку, — теплые пальцы накрыли мое все еще ледяное запястье, — не нравится мне ее пульс. И дыхание. Хрипит.
Хриплю? Я и не замечала. Да, хриплю. Воздух с трудом заходит в легкие и выходит с хрипами. Так вот почему мне тяжело дышать…
Очевидно, собеседники достигли взаимопонимания, потому что разговор прекратился.
Незнакомец (или назовем его «неузнанный») подошел ко мне.
— Имей в виду, решишь умереть, оживлю и убью снова, — адресовал он мне странную угрозу, а потом я услышала удаляющиеся шаги.
* * *— Как вы себя чувствуете? — заботливо осведомился доктор Огастус Лантер, в палате у которого я, наконец, окончательно пришла в себя несколько часов назад.
— Спасибо, все хорошо, — я выдавила из себя улыбку.
Я чувствовала себя на самом деле хорошо, меня больше трясло, мысли были ясными, дыхание свободное.
— Вот и славно, — улыбнулся доктор в ответ.
Медик казался очень приятным человеком, довольно молодой, где-то между тридцатью пяти и сорока, подтянутый, улыбчивый.
— Думаю, меня уже можно возвращать в камеру, — решила я, не желая, чтобы у доктора были проблемы из-за того, что я засиделась у него в палате.
Лантер нахмурился.
— В какую еще камеру?
— В ту, где мне полагается быть, — растерялась я.
— Ну что за глупости? Вы там, где и полагается, — фыркнул доктор.
— То есть? — то ли я еще не до конца пришла в себя, то ли вообще по жизни туго соображала.
— То есть, у вас весьма могущественный покровитель, — подмигнул мне Лантер. — Забудьте о камере… О, кстати, — он подхватил мою теремную одежду, лежащую на стуле и бросил ее в мусорный контейнер. — И об этом забудьте.
— Я… — я совершенно растерялась. — Я не понимаю.
— Скоро поймете, — подарил мне очередную улыбку улыбчивый доктор. — Если вы хорошо себя чувствуете, меня попросили отдать вам вашу одежду и проводить к флайеру, который отвезет вас… — он запнулся, не желая раньше времени выдавать конечную цель моего маршрута, — отвезет, куда нужно.
— Вы только что выбросили мою одежду, — напомнила я.
— Вашу одежду, — с нажимом повторил Лантер и указал на вешалку, на которой я обнаружила свою лондорскую форму, выстиранную и выглаженную.
Я часто заморгала и потрясла головой.
— Я сплю?
— Это вряд ли, — усмехнулся доктор. — Не тяните, меня ждут другие пациенты.
