— К тому же, — неожиданно признался Тайлер, — мне стало интересно, как вы будете себя вести с рядовым лондорцем, а не со своим новым командиром. Я же не знал, что вы не перестанете хамить и после знакомства, — усмешка.
Увольте, это не я начала!
— Значит, вам нравится, когда вам хамят?
— Мне нравится честность в любом ее проявлении, — ответил капитан. — А потому мне бы хотелось сразу расставить все точки над i.
— Какие именно? — поинтересовалась я сухо.
— А такие, — вроде бы, он не менял ни позы, ни даже интонации, говорил по-прежнему спокойно, но от него моментально пахнуло надменностью, — вы можете считать нас отбросами рода человеческого, своими личными врагами (или за кого там вы нас принимаете?), но теперь вы на моей территории, и мне бы хотелось, чтобы до вас это дошло.
— Я понимаю, — ответила я слишком поспешно, отчего ему не составило труда, понять, что чихать я хотела на его власть и его территорию.
— Хорошо, если понимаете, — Тайлер откинулся на спинку стула, не отводя изучающего взгляда, чем неприятно напомнил мне адмирала Хьюна.
Но, ладно тот, пожилой мудрый воин, ветеран, по сравнению с которым я неопытная девчонка, но этот! Он же всего ненамного старше меня! Когда он научился так смотреть? И так выводить из себя одним взглядом?..
Я молчала. Пришлось приложить усилия, чтобы выкинуть из головы красочные картинки его убийства, услужливо подкинутые моим воображением. «Полгода, — твердила я себе, — полгода, тебе нужно выдержать всего полгода».
— Моя команда разве что не станцевала перед вами «канкан», чтобы вы почувствовали себя как дома, — тем временем продолжал Тайлер.
— Вы же смотрели на них с плохо скрываемым отвращением, как на душевнобольных, — я резко вскинула на него глаза. Неужели это было так заметно? — Да, я не жалуюсь на наблюдательность, — ответил капитан на мой невысказанный вопрос.
— Я постараюсь лучше контролировать свои эмоции, — скрепя сердце, пообещала я.
Кажется, мой ответ Тайлера не устроил. Он скривился. Странный тип, командиры, с которыми я работала, всегда хмурились, выказывая свое неудовольствие, этот же вечно кривился.
У него вообще была очень красноречивая мимика, так что не ему мне указывать на то, что я плохо контролирую эмоции.
— Я хочу, чтобы вы постарались не лучше притворяться, а попытались на то время, что вы здесь, забыть, что мы с разных планет. Наши задания часто сопряжены с риском для жизни, так что отношения внутри экипажа крайне важны.
Что ж, тут поспорить я не могла. В первую очередь дело.
