Тайлер приподнял голову, но только затем, чтобы я увидела его недовольную гримасу.
— Ты решила ускорить мой конец?
— Скорее, разнообразить свой, — ответила я чистую правду. — Разве я прошу разглашать военную тайну? Эта информация секретна?
— Да нет, — признал Александр, — просто надо было спрашивать вчера, пока у меня хотя бы язык ворочался.
Тут я, пожалуй, была согласна, мне вчера вечером в ночной прохладе тоже говорилось легче, но сейчас я, честно говоря, опасалась до следующей ночи не дожить.
Однако настаивать я перестала.
По сути, это действительно не важно, все не важно…
— Это Рикардо, — Александр заговорил сам, — ему приспичило, мол, у меня получится, и все такое.
— А под «всем таким» он подразумевал рекламный ход: родной брат президента приручил землянку? — догадалась я.
— Поменяй «приручил» на «нашел общий язык», и, я думаю, да, именно это было в его планах.
— Почему тогда ты согласился?
— У меня не было причин отказывать. Я уже говорил, я хотел второго пилота… Ну а ты?
— Что — я?
— Как ты попала в программу обмена?
Я хмыкнула, была бы у меня в пересохшем рту хоть капля слюны, я бы сплюнула.
— Меня никто не спрашивал. Поставили перед фактом: или «Прометей» или в отставку.
— На корабль к ненавистным лондорцам, врагам твоей Родины, — передразнил Александр.
— Не врагам моей Родины, а моим врагам.
В глазах Тайлера промелькнуло понимание.
— Из-за Ника?
— Из-за Ника.
— Но ты ведь понимаешь, что это не я убил твоего брата и никто из моего экипажа.
Я опустила глаза.
— Понимаю, — и всегда понимала, это ничего не меняет.
Я думала, что Александр продолжит пытаться меня переубедить, настаивать, что моя ненависть к его стране беспочвенна и бессмысленна, но он промолчал. Сидел и думал о чем-то своем.
— Пойдем? — предложила я через несколько минут.
— Куда? У тебя лодыжка распухла.
— Не впервой, — соврала я, — дойду, — по правде говоря, я чувствовала себя немного виноватой, что сама начала эту тему противостояния Земли и Лондора. Мои чувства к лондорцам навсегда при мне, но сейчас, возможно, в последние часы жизни, рядом с лондорцем, на деле оказавшимся неплохим человеком, разговоры об этом были неправильными и ненужными.
Тайлер окинул меня критическим взглядом, и я поняла, моя ложь не прошла.
— Тебе нельзя идти."
"— Нести ты меня не сможешь, так что у меня нет выбора, — попробовала я пошутить, но, видимо, мое чувство юмора испарилось из меня вместе с влагой.
— Ты была права, они найдут нас и здесь.
