Я вижу, что незнакомец все еще пытается бороться, пытается удержаться в сознании. Зрелище вдруг становится таким поразительно знакомым, таким тошнотворным, что я едва не натыкаюсь на человека рядом со мной.
Этот незнакомец и человек, который вырастил меня, совсем не похожи, и все же образ одного искалеченного на земле, кажется, впитывается в другого. Я вдруг снова чувствую себя той маленькой девочкой, которая стояла сложа руки, когда мой отец умирал подо мной.
Я оглядываюсь по сторонам, разглядывая толпу зевак.
Никто не шевелится. Даже с их причудливыми способностями никто не делает шага, чтобы помочь. Либо боятся, либо слишком бессердечны, чтобы помочь.
Я знаю, чем это закончится. Я это пережила.
Когда я оглядываюсь на незнакомца, я вижу своего отца.
Глубоко вздохнув, я делаю шаг вперед.
Я больше не буду стоять в стороне. Я не смогла спасти своего отца, но теперь я окажу ему честь, избавив кого-то от тех же страданий, что выпали на его долю.
Наверное, я буду жалеть об этом.
Я крадусь к краю толпы и начинаю пробираться за Глушителем. Я практически чувствую, как внимание публики переключается на меня, как толпа людей молча наблюдает за происходящим. Пригнувшись за спиной мужчины, я замечаю лежащий на брусчатке большой рыхлый камень и подхватываю его.
Вот и все.
Я встаю во весь рост прямо за ним и молча поднимаю камень, намереваясь соединить его с черепом…
Не повезло.
Он поворачивается, и его черные глаза впиваются в мои.
Когда он обращает внимание на меня, его хватка на незнакомца ослабевает, и я слышу, как он задыхается на земле.
Глушитель поднимает свою тонкую руку в мою сторону, его волосы длиной до плеч развеваются на ветру. Он пытается заставить меня замолчать.
Я почти улыбаюсь.
Но не получается.
Конечно, ничего не происходит, поскольку у меня нет силы, которую он мог бы задушить. Он смотрит на свою руку, потом снова на меня, в замешательстве. Зрелище почти комичное, и эта доля секунды колебаний — все, что мне нужно.
Я хватаю его за запястье, выкручиваю руку под странным углом, а затем бью коленом ему в живот. Я слышу, как воздух вырывается из его легких, когда он прижимает руку к телу. И в этот момент мой адреналин всколыхнулся, предвкушая драку.
Это напомнило мне все те поздние ночи и ранние утра с моим отцом. Многочасовые тренировки на импровизированном грунтовом ринге за нашим домом. — И разум, и тело нужно тренировать.
