— А я думаю, что у тебя есть более серьезные мысли о собственной жизни, чем это. Я спрашиваю тебя, Кай. Не принца и не будущего Энфорсера. Только тебя. — Я делаю паузу, и он изучает меня, пока я повторяю: — Что ты думаешь об этом? О своей роли? Своей жизни?
На мгновение он умолкает, прежде чем на его лице мелькает улыбка. — Если я отвечу, как Кай, ты бросишь эту гадость? — Он бросает пристальный взгляд на пасту в моей руке.
Я улыбаюсь. — Да, я брошу эту гадость.
Его слабая улыбка исчезает, оставляя на месте челюсть.
— Тогда правда?
— Всегда правда, — выдыхаю я.
Когда он наконец отвечает, его тон сух. — Я никогда не хотел этого. Никогда не хотел быть тем, кем я являюсь сейчас. Но монстрами становятся, а не рождаются. И у меня не было выбора в этом вопросе. У меня нет выбора в этом вопросе. Но я не стану отрицать того, что я есть, и сделаю все, что должен, для своего королевства. Для моего короля.
Его слова сильно задели меня, а их смысл — еще сильнее. Он точно знает, кто он и что он делает.
Он — пешка в игре, в которую попал навечно, и каждый его ужасный поступок совершается во имя долга, во имя Ильи.
Но этот мальчик, стоящий передо мной, посмотрел мне в глаза и признал себя чудовищем, признал то, во что его превратили, без малейшего намека на ужас. Вместо этого на его чертах было написано принятие, признание того, что он есть и всегда будет."
"Отвлекшись на свои мысли, я протягиваю руку, чтобы нанести еще мази на его рану, но он хватает меня за запястье.
— У нас был уговор, Грей. Я, конечно, привык к пыткам, но эта твоя мазь просто невыносима.
Он слегка ухмыляется, явно желая разрядить обстановку. Хочет сделать то, что у нас получается лучше всего — поиграть друг с другом. И я так и делаю. — Ты прав. Сделка есть сделка. — Я быстро вытираю руки о траву, а затем добавляю: — Спасибо, что рассказал мне о… себе. — На это он разразился смехом, который я быстро оборвала. — И напомни мне, чтобы я взяла страницу из твоей книги и прогуляла следующий бал, чтобы пойти напиться с Киттом.
Могу поклясться, что он слегка напрягается от моих слов. — И зачем тебе это делать, если со мной гораздо веселее?
Я слегка смеюсь. — Если под весельем ты подразумеваешь флирт? Потому что ты, безусловно, более веселый.
Он одаривает меня злой, широкой ухмылкой, и мое сердце глупо замирает. — Я не могу удержаться, когда нахожусь в определенной компании.
Я усмехаюсь.
