— Я удивляюсь, как редко это слово слетает с его уст, когда уголок его рта приподнимается, и он разворачивается к своим ногам. — Кто же знал, что ты будешь той, кто вытащит нож из моей спины, а не той, кто вонзит его туда.
— Для этого еще есть время, не волнуйся.
Он ухмыляется, белые зубы сверкают на фоне его грязных черт. Затем он сворачивает шею и потягивается, делая вид, будто его не проткнули несколько мгновений назад.
Его ладонь вдруг выжидательно протягивается ко мне, и я тупо смотрю на мозоли. Когда я не делаю никакого движения, он медленно опускает свою руку на ту, что лежит у меня под боком, и его грубые пальцы обхватывают мое запястье.
Мое сердцебиение учащается, и я проклинаю этот дурацкий орган. Он тянет к себе мою руку, мою руку, которая все еще сжимает метательный нож. Затем другой рукой он проводит по моей ладони, осторожно вынимая рукоятку из пальцев."
"— У тебя их достаточно, чтобы зарыть мне в спину, ты так не думаешь? — тихо говорит он, его рука все еще обхватывает мое запястье, где он, вероятно, чувствует мой глупый, заикающийся пульс под своими пальцами.
— Так что, думаю, я придержу этот.
Я вырываюсь из его хватки, желая оставить между нами хоть какое-то пространство. — Разве у тебя нет важной встречи, на которой ты должен быть сейчас? — спрашиваю я, потому что просто не могу придумать, что еще сказать.
— Наверное. — Он вздыхает, проводя рукой по волосам. — Полагаю, Китт ввел тебя в курс дела. — Я киваю, прежде чем он говорит: — Отец пройдет через Испытания.
Конечно, это будет силовой ход. И ему нужно будет, наконец, сообщить людям о том, что происходит. Он не сможет скрыть, кто и что представляет собой Сопротивление после сегодняшней ночи.
— Что случилось? — вздыхаю я, внезапно раздражаясь на него, вспомнив, что он сделал. — Что случилось после того, как ты, как осел, удалил меня из этой комнаты, хотя я могла бы помочь?
Теперь он смеется надо мной. — Похоже, ты все время забываешь, кто я такой, Грей.
— Мои извинения, Ваше Высочество. Что произошло после того, как вы, как королевская задница, удалили меня из этой комнаты?
— Ну, это уже прогресс, я полагаю.
— Он улыбается, снова оглядывая меня своим пронзительным взглядом. — И, отвечая на твой вопрос, это был не твой бой. Не говоря уже о том, что я не мог рисковать смертью участника еще до начала первого Испытания.
Я горько усмехаюсь. — Ты прекрасно знаешь, что я могу позаботиться о себе…
— А ты прекрасно знаешь, что я могу позаботиться об этом сам.
