— И как там?
— Воюют…"
"Устинья округлила глаза, несколько секунд не сводила с него испуганного взгляда, и он успокаивающе прижал девушку к себе.
Появление ДДФургон поставили в двух кварталах от МГПУ, так как припарковаться у самого педуниверситета, в Сельскохозяйственном проезде, оказалось невозможно. Попили кофе (Саблин гордо заказал зелёный чай) в «Шоколаднице» недалеко от ВДНХ.
Отдохнувший и повеселевший Прохор забыл о недавнем путешествии «в войну» и с интересом ждал встречи с Дмитрием Дмитриевичем Бурлюком, ректором университета, который мог абсолютно не иметь отношения к таинственному ДД, которого искал Прохор-11.
Саблин, добровольно взявший на себя обязанности координатора встречи, несколько раз звонил кому-то по мобильному и наконец возвестил:
— Всё в порядке, нас ждут в двенадцать часов.
Охрана центрального административно-учебного корпуса МГПУ пропустила троих посетителей только после подтверждения, что их ждут в приёмной. Потребовала удостоверения личности. Внимательно сравнила фотографии в паспортах с лицами гостей.
Прохор пошутил:
— Мы не террористы.
— Сейчас и террористы выглядят как невинные овцы, — с иронией ответили ему.
Поднялись по широкой мраморной лестнице из холла на второй этаж, зашли в приёмную. Старушка с седыми буклями на голове, сидевшая за невысоким барьерчиком слева, оторвала взгляд от объёмного экрана компьютера. Впрочем, старушкой секретарша выглядела лишь издали, от двери, на самом деле это была дама лет сорока, лицо которой говорило об упорной борьбе владелицы с возрастом.
Волосы у неё только казались седыми, так они были выбелены и взбиты в «ананас» по современной моде. Пахло от неё духами и табаком.
— Вы к кому? — спросила она профессиональным секретарским голосом, небрежно оглядев всех троих.
— Мы звонили снизу, — выступил вперёд Саблин. — Я инспектор департамента научных исследований СЗАО Саблин. — Он показал секретарше красную книжечку, не выпуская её из руки. — Дмитрий Дмитриевич назначил нам встречу на двенадцать.
— Ах да, правильно, — вспомнила секретарша, — только Дмитрий Дмитриевич ещё не вернулся с учёного совета, будет с минуты на минуту.
Подождёте?
— Разумеется, подождём.
— Присаживайтесь.
Устинья села на один из стульев у стены.
Прохор и Данияр остались стоять.
Несколько раз в приёмную заглядывали какие-то молодые люди, но, увидев мужчин, исчезали.
Наконец, в первом часу появился ректор в сопровождении юной особы лет двадцати. Она что-то тараторила, держа в руке «карандаш» диктофона.
