Я открываюсь далеко не всем нашим «родственникам», это чревато последствиями, поэтому вынужден скачивать информацию напрямую из памяти. О тебе я знаю не так уж и много».
«А я о тебе ничего!»
«Я же предлагал скинуть «файл»».
«Давай, а то чувствую себя как бедный родственник. Нашёл ДД?»
«Пока нет, это процесс долгий и непредсказуемый. Я составил план поисков по числомирам, но не уверен, что он правильный».
«Если этот твой ДД живёт у вас, почему ты ищешь его в других измерениях?»
«У нас он просто исчез — физически, то ли скрылся за границей от преследования, то ли нашёл убежище в России, то ли его вообще убили.
Но он вполне мог, так сказать, переселиться в одного из своих «родичей» в других превалитетах либо оставить письмо на крайний случай, где его можно найти».
«Ты в это веришь?»
«Что мне остаётся? Кстати, и в вашем втором превалитете должен быть свой Дмитрий Дмитриевич Бурлюк, я просил тебя выяснить».
«Я только что вернулся из Норвегии, завтра займусь. Но, допустим, он есть, как ты собираешься с ним встретиться?»
«Если честно, я не верю, что ваш ДД что-то знает, уж слишком близок ваш Ф-превалитет к Первомиру, весь на виду, но проверить необходимо.
А сделать это придётся тебе».
«Спасибо за заботу, заняться мне больше нечем».
«Я бы не просил, если бы от этого не зависела моя жизнь. Да и твоя тоже».
«Ещё раз спасибо, что разворошил осиное гнездо».
«Так получилось, я не знал, насколько опасны путешествия духа по другим телам и мирам.
Дан предположил, что и я мог бы диктовать всем «родичам» свою волю, раз это умеют делать Охотники. Но это было бы обыкновенным насилием над личностью, ведущим к почернению души, говоря образно. Поэтому приходится всех просить о помощи».
«Многих уже просил?»
«Троих, ты четвёртый».
«Интересно, как это выглядит? Я имею в виду — вселение с подавлением воли».
Что-то изменилось в пространстве беседы.
Показалось, в голове проснулась и начала расти тёмная гора, посмотрела на него — изнутри! — угрожающе и зловеще.
Качнулись стены комнаты, диван, весь дом. Душу охватил леденящий страх. Сознание пискнуло, пытаясь увернуться от сжавшей его лапы чужой воли. На миг всё стало безразлично, мир вокруг обесцветился и посерел… и всё прошло!
Прохор хватанул ртом воздух, словно вынырнул из глубин океана, сел на диване, с удивлением обнаружив, что никакой воды нет, а по лицу струится пот. Вытер пот со лба дрожащей ладонью.
