Ника, хватит накручивать себя по пустякам. Ничего нет и не будет, слышишь? Ты в Германии. За тобой наблюдают лучшие врачи Берлина. Даже думать прекрати о том, что тебе и нашим детям может что-то грозить. Я не допущу, чтобы с ними что-то случилось.
— А потом? — отчаянно спрашиваю я. — Мы вернемся в Россию и…
— И нет ничего, с чем мы бы не справились, хорошо? Прекрати переживать, — Матвей обнимает меня сильнее. — Думай о родах, о том, что совсем скоро увидишь своих малышей.
Я улыбаюсь.
Закрываю глаза и вспоминаю лица своих малышек, которые мы с Матвеем увидели на 3D УЗИ.
Они совершенны. И я с нетерпением жду момента, когда смогу подержать их на руках.
Матвей успокаивает меня и говорит, что пора ужинать. Сегодня он за шефа, поэтому я довольно улыбаюсь и радуюсь блинчикам с мясом и тушеным овощам.
— Ты божественно готовишь, — делаю ему комплимент.
— У тебя получается лучше.
Лис. Хитрый, расчетливый, знающий, как успокоить нервную беременную женщину.
Он старается. Это видно в каждом движении и поступке, в каждом поцелуе и касании.
Я не знаю, смог ли Матвей отпустить прошлое, потому что мы не говорим об этом, но уверена, что он пытается. С каждым днем делает успехи и, или тщательно скрывает, или уже полностью принял то, что он больше не один. Что очень скоро у него будет полноценная семья.
Мы ужинаем, после смотрим фильм, лежа на кровати в объятиях друг друга. Я не знаю в какой момент засыпаю, но резко вскакиваю, не сразу понимая, что именно вынуждает меня проснуться. Я несколько минут просто сижу на кровати, после чего чувствую боль внизу живота, а еще ко мне доходит, что постель полностью мокрая, а рядом… рядом нет Матвея.
Я кричу его имя, но в ответ нет даже эха. Встаю, надеваю тапочки, набрасываю халат и выхожу в коридор. Поворачиваю голову в сторону и вижу полоску света, отчетливо виднеющуюся из-за приоткрытой двери ванной. Я хочу снова закричать, но что-то заставляет меня молча двигаться в направлении источника света. Какая-то невидимая сила будто подсказывает мне просто тихо идти к двери.
— Да, Дэм, мы должны действовать, иначе я не знаю как далеко зайдет этот ублюдок. Бери документы и начинай работу. Сделай все, чтобы ни я, ни Вероника больше не слышали о Медове, — слышу хриплый голос Матвея. — Отбой. Завтра созвонимся.
Я не успеваю отойти или сделать что-нибудь, поэтому Матвей, показывающийся в проеме, застывает в глубоком шоке, смотря на меня.
