Меркурий, как и приказал ему Тимофей, взял Настю на руки, держа при этом так легко, словно она и не весила ничего. Август, он же князь, стал позади него и задумчиво погладил девушку по голове. Так осторожно, не желая навредить, обычно касаются цветов."
"– Эх, дитя, дитя, – произнес он с сожалением. – Командор, вы уверены, что желаете передать браслет ей? – с сомнением в голосе спросил белокурый, все так же гладя меня по волосам.
– Почему бы и нет? Я знаю, что делаю, – равнодушно отвечал Тимофей. – Она моя племянница.
Но никто не подумает на нее. Девчонка больше не связана с нашей семьей – самовольно покинула ее. И я в ней уверен – она подходит на эту роль. А тот, кто ищет браслет, будет считать, что он все еще у меня, – Тимофей довольно потер указательным пальцем подбородок.
– Племянница? – сверкнули васильковым огнем глаза виолончелиста. – Ты… в этом уверен?
– Насколько я помню, кровавое родство при передаче артефакта не важно. Даже если мой брат воспитывал ребенка не от него, – в голосе дяди Тима мелькнула насмешка, – мне все равно.
Я уже выбрал ее как следующую хранительницу. И у меня есть план. А если у меня есть план, то…
– Но, – попытался что-то возразить белокурый, однако дядя Тим его прервал:
– Работаем без лишних слов, князь Август, не забывай о своих обязанностях и обязанностях твоей семьи.
– Вы все-таки должны зна…
– Князь, – хмуро глянул Тимофей на обладателя волнистых волос цвета топленого молока. – Просто проведите обряд, остальное – не ваше дело.
Только мое. У вас должны быть совершенно другие заботы.
– Ну что же, – склонил голову к плечу тот, явно сердясь, – я понял. Хорошо. Как скажете, командор.
Взгляд его ярко-синих глаз говорил: «Ну, смотри же, ты сам этого хотел, я буду молчать».
– Вы ведь знаете, где надежнее всего можно спрятать вещь?
– На самом видном месте? – проворчал Август, заправляя светлые пряди волос за уши.
– Я догадывался, что вам это известно, – с этими словами дядя Тим первым спустился вниз по ступеням в странную потайную комнату.
Следом за ним внизу оказалась Арина – ей дядя Насти по-джентльменски подал руку. Следующим внизу оказался виолончелист Август, а последними – держащий Настю Меркурий. Давящий мрак смело разбил яркий луч электрических фонарей, который держал дядя Тимофей, и два желто-оранжевых пламени, которые появились в открытых ладонях молчаливого Меркурия и взволнованной Арины.
– Положите нашу гостью на камень.
