– Твои родители живы? У тебя есть братья или сестры?
Он нахмурился и отпил еще глоток шампанского, после чего осторожно поставил бокал на ночной столик.
– Мой отец плотничает… когда ему удается найти работу. Он получил травму на фабрике, еще будучи мальчишкой, и с тех пор мучается от боли в спине. Он родом из Палермо, но уехал на заработки в Неаполь, когда женился. Мой папаша – упрямый дурак. Мать – прачка, обстирывает несколько семей, чтобы прокормить себя, его и моего брата. Правда, недавно ему исполнилось восемнадцать, и он ушел в армию.
У меня были еще две сестры, но они умерли от чахотки. Вот и все, любовь моя.
– Могу я спросить еще кое о чем?
Он молча пожал плечами, поднялся и стал шагать по комнате.
– Ты работаешь на кого-нибудь?
– Да, работаю.
– Он в Америке?
– Да, но время от времени приезжает на Сицилию.
– Я познакомлюсь с ним?
– Он очень занятой человек. Может быть – да, может быть – нет.
– Он рэкетир?
– Нет, он бизнесмен, как и я.
– А что это за бизнес?
– Я экспортирую кое-какие товары.
– А конкретнее?
– Апельсиновый сок, оливковое масло… – ответил он, прищурив свои темные бездонные глаза.
– В Америку?
– Да, и в Англию. Во многие страны.
– А чем ты занимался в Америке?
– Я работал на этого бизнесмена.
– Кто он?
Она понимала, что испытывает его терпение, но все же дождалась ответа.
– Его зовут Джозеф Каролла. – Он взглянул на нее, уперев руки в бока.
– Он мафиозо?
Роберто открыл балконные двери, но при этих ее словах с силой захлопнул их.
Когда он повернулся к ней, его губы сжались в тонкую бледную линию. Он показался ей незнакомым, чужим человеком, так жестоко и равнодушно было его лицо.
– Ты больше не будешь задавать мне вопросы, договорились?
– А что ты сделаешь, если я ослушаюсь? как твоя жена, я имею право все знать.
– Ты не имеешь никаких прав, поняла?
– Я не имею прав?! – воскликнула она, вскочив с кровати. – За кого, черт побери, ты меня держишь? По-твоему, я идиотка? Ты думаешь, что я приму это… – она сорвала с пальца кольцо с бриллиантом и швырнула его ему в лицо, – это и это… – она скомкала шелковый пеньюар, который стоил не меньше, чем представляло собой ее недельное жалованье, и бросила его следом, – не задавая ни единого вопроса? Откуда у тебя деньги?
Она пришла в настоящее неистовство, стала метаться по комнате, открывать шкафы и вываливать с полок вещи.
Он схватил ее за горло и с такой силой ударил по лицу, что в ушах у нее зазвенело и она рухнула на пол.
