И оправдывает меня лишь то, что я в теле Лилии навсегда. Другого выбора она сама мне не оставила — я действительно стала Лилией Кайен.
Вместе с телом мне достались и мутные родственники, и опасный муж, и замок Кохэм, который мог бы процветать, но чахнет в руках лживой экономки.
— Вам не сообщили, что я жена хозяина? — улыбаюсь. — Немного опальная, но, надеюсь, ненадолго. А за уборку в прачечной я доплачу, в Кохэме не место рабскому труду.
У девушек заметно вытягиваются лица, но я не считаю правильным эксплуатировать людей.
Достаю золотой, вырученный Эриком от продажи лошадки и передаю рыжей. Затем извлекаю вторую блестящую монетку и кручу ее в пальцах.
— А сейчас мы с вами приберемся в северном крыле. Ведь хотите же еще заработать?
Глаза девушек вспыхивают и они тут же выстраиваются передо мной, готовые выполнять любые поручения. И все бы хорошо, но к нам вторгается мисс Саманта. Ее огромный чепец сполз немного набекрень, а губы сжаты в тонкую линию.
— Мисс Сайш велела прополоть огороды, — шипит она.
— Какие огороды в это время года? — вздергиваю я бровь.
Мисс Саманта недобро щурится, складывает руки на груди и притоптывает ногой, обутой в грубый башмак.
— Лорд Самсон Кайен приезжает, — тянет она самодовольно. — Вот тут ваша власть и закончится, так и не начавшись. А мальчонку лорд заберет.
Я вспыхиваю, а мисс Саманта выходит из прачечной. Сердце дрожит, ведь я не знаю, что это за двоюродный братец такой. Чего от него ждать? Ох, Лилия, неужели ты преподнесешь мне новые сюрпризы?
Вспоминаю предложение Роберта и чувствую укол вины.
Он готов защитить меня, хоть при этом и использует как наживку. Но кузен Лилии явно рыба покрупнее, чем испуганная молодая девчонка, бежавшая от интриг.
И единственное, чего я не могу оправдать — это то, что она оставила сына.
Пока веду служанок в северное крыло, рассматриваю ситуацию свежим взглядом. С Робертом необходимо договариваться, отринув страхи и комплексы.
Он ведь разумный дракон? Разумный же.
Эрик играет с псом под присмотром Рэя.
— Ты поможешь мне договориться со старшими девочками? — спрашиваю я сына.
— Мам, они не плохие, — с энтузиазмом сообщает он, но я сомневаюсь, что девочки примут нас радушно.
— Веди, — улыбаюсь и кладу ладонь на голову сына. Позже нам с ним предстоит серьезный разговор об его отце.
Уборку я задумываю начать именно с помещений, в которых притаились сестры.
