Ему еще влюбленной дурочки не хватало для полного счастья.
Хотя… Галина была женщиной интересной. Не пустой. Зря он о ней так. С той вешалкой, которая сейчас старалась в его палате, их и рядом ставить было нельзя. Небо и земля.
– Да, – сухо проговорил он в трубку.
– Дмитрий, вы?
Да кто же еще! Его мобильный! Кого она еще ожидала услышать?
– Я, Галина, здравствуйте.
– Дмитрий, здравствуйте. Извините, что беспокою вас, но тут такое дело…
Женщина говорила быстро и прерывисто. Дмитрий нахмурился. Медсестра тотчас перестала танцевать, но он махнул рукой, мол, продолжай.
– Все нормально, Галина, я вас слушаю.
– Дмитрий, возможно, зря я вас беспокою, возможно, мне не следовало звонить. Но понимаете, я что-то волнуюсь…
Дмитрий закатил глаза. Так, еще одна волнующаяся дамочка. Не ново, Галина, повторяетесь.
Но он не успел ничего сказать в ответ, Галина продолжала, и ее следующие слова заставили его насторожиться.
– Видите ли, у меня утром состоялся разговор с Геной. Я не буду его пересказывать, это ни к чему.
Скажу лишь, что фирма «Фортуна» отказывается от всех претензий по проекту. Так как я финансовый учредитель компании, я настояла на этом решении. Все. Конкуренция закончена.
– Интересное решение, Галина, – справившись с удивлением, сказал Дима. Решение Балкановой было приятной неожиданностью. – Я так понимаю, Геннадий Витальевич не пришел в восторг от происходящего.
– Да, Гена… – Галя замялась. – Одним словом, он очень странно воспринял мое решение. Собственно говоря, поэтому я вам и звоню.
Голос Галины все больше не нравился Дмитрию. Он запомнил Балканову как спокойную, решительную женщину. Здесь что-то не так.
– Выйди, – рявкнул он медсестре.
– Простите? – Галя не поняла.
– Я не вам, – уточнил он и, когда медсестра, накинув халат, с недовольным лицом вышла из палаты, продолжил: – Галя, почему вы мне звоните?
Женщина снова замялась.
– Гена несдержанный человек. В порыве гнева может наломать дров. Мне не понравилось, как мы расстались.
– Он угрожал вам?
– Нет.
– Он угрожал мне?
– Тоже нет.
– Тогда я вас не понимаю.
– Я хорошо знаю своего брата. Если бы он сыпал угрозами и пытался меня разубедить, я была бы спокойна. Такое поведение свойственно ему. Но он воспринял мое решение об окончании финансирования проекта как должное. Даже не стал спорить. Гена выглядел так, точно что-то для себя окончательно и бесповоротно решил. Мне не понравилось выражение его глаз. Возможно, я мнительна и зря переполошилась.
