– Нафтулла легко поднялся и направился к двери, но неожиданно обернулся и прямо спросил: – Ты обещал им дать своих джигитов?
– Их проводят только до реки, – нехотя выдавил из себя хозяин, с трудом сдерживая желание сорвать с колышка дареную шашку и снести голову нежданному гостю. Ничего, пусть степь широка и люди встречаются в ней нечасто, настанет день, когда он сможет раздавить эту змею!
– Спасибо. – Нафтулла издевательски ухмыльнулся – Имам не забудет твоей услуги.
Бесшумно открыв двери юрты, он растворился в темноте радуясь, что убрался от вспыльчивого Масымхана живым и здоровым да еще заставил гордого и высокомерного князька развязать язык.
Конечно, после этого с ним лучше не сталкиваться нос к носу, особенно там, где негде спрятаться от его гнева или найти защиту. Однако подобные сложности неизбежны, когда начинаешь действовать на свой страх и риск. Очень вовремя пришло в голову воспользоваться именем всесильного Имама и заставить хозяина стать разговорчивым, но задерживаться в его ставке не стоило.
Лишь отъехав на значительное расстояние от кочевья и убедившись, что за ним нет погони, лжекупец вздохнул с облегчением: Имам не приставит тебе новую голову, если ее сбреют с плеч сабли нукеров Масымхана. Слава Аллаху: князек не заподозрил обмана. Тем не менее лучше хорошенько запутать следы.
Подняв лицо к звездному небу, Нафтулла рассмеялся: теперь он знает о намерениях русских, исмаилитов и Мирта. Значит, можно решить, как поступать дальше.
Пожалуй, первым делом он напишет записку для Желтого человека и зароет ее в условном месте, а потом даст знать о себе людям Имама. Что же касается русских, то пусть пока они движутся к реке.
Желтый человек снял сапоги и, расстелив на земляном полу убогой хижины саджад – молитвенный коврик, привезенный из Мекки, совершал аль-иша – молитву при наступлении ночи. На западе догорала узкая полоска багрового заката, в темном небе затеплились первые звезды, и в этот час каждый истинный правоверный должен возблагодарить Небесного Владыку за прожитый день и попросить милостей и защиты Аллаха.
Молился Мирт всегда в одиночестве, а его люди совершали молитву во дворе, чтобы не мешать предводителю разговаривать с Богом. В их беспокойной жизни редко удавалось побывать в мечети, поэтому утренней и вечерней молитвам придавалось особое значение: из пяти намазов два совергиались неукоснительно, а остальные – по мере возможности.
