– Но когда я увижу старика? Надеюсь, это мои дела, а не Сеида?
– На все воля Аллаха! – засмеялся Нафтулла и, оборвав смех, добавил: – Увидишь, наберись терпения, осталось несколько дней.
– Хорошо, – повторил русский. – Я подожду.
После дня отдыха начали подниматься к перевалу. Ощутимо похолодало, кое-где лежали небольшие сугробы снега, и капитан обрадовался им, словно привету из далекой,’милой сердцу Москвы или Петербурга. Как невообразимо далеки сейчас строгий и прекрасный Санкт-Петербург, как в зеркало смотрящийся в серые воды Невы и каналов, Александро-Невская лавра с тенистыми аллеями и ухоженными могилками пантеонов, широкий Невский, стрелой летящий от лавры к центру города.
И Москва, с ее шумными ярмарками, малиновым перезвоном колоколов, древним Кремлем, горбатыми улочками и кривыми переулками. Бог мой, в какие дикие края занесло русского человека! Кажется, отдал бы половину жизни, чтобы сейчас месить сапогами непролазную грязь родных российских дорог, а не взбираться по горным тропам к перевалу вместе с караванщиками Сеида и льстиво-хитрым Нафтуллой.
Чем выше забирались в горы, тем больше становилось снега. Холодный ветер обжигал лицо, пронизывал до костей. А на ярко-синем небе сияло слепящее солнце – его лучи отражались в мириадах сухих и колких снежинок, вспыхивали в них разноцветьем огней и больно слепили глаза. Караванщики достали из хурджинов пушистые пучки конских волос и приладили их под шапки, как паранджу, опустив на лица. Нафтулла дал пучок волос Федору Андреевичу и показал, как его закрепить.
Теперь слепящий свет солнца не так досаждал. Лошадям завязали глаза, и они стали вести себя спокойнее.
На гребне перевала разбойно посвистывал ветер, дочиста вылизывая камни от снега. Солнце казалось косматым, его окружал радужный ореол. На обочине тропы высилась пирамида из камней, украшенная воткнутыми в щели палками с разноцветными ленточками. У ее подножия лежало несколько выбеленных ветрами лошадиных и овечьих черепов.
– Так надо, – перехватив заинтересованный взгляд капитана, объяснил Нафтулла.
– Это подарки духам гор.
Видимо, Сеид и его люди в духов гор не верили– они равнодушно проехали мимо груды камней но купец не слезая с седла, бросил к подножию пирамиды какую-то мелкую вещицу (Нафтулла старался сохранять хорошие отношения со всеми богами и духами).
Перевалили на другую сторону хребта и спустились туда, где не было снега. Устроили привал. Пучки конских волос исчезли в хурджинах, караванщики заметно повеселели.
