– Ваша жена тоже так говорит, но дать обоснование своим словам не может. А на чем эта уверенность основана?
– Трудно сказать, – задумался Василий Иванович. – Это какое-то внутреннее чувство. Может быть, ждал чего-то подобного. По крайней мере, мысли были. Вы в курсе дела об убийстве отца?
– Только в общих чертах. Я запросил материалы. Обещали выслать по электронной почте. Но я в кабинете еще не был; может, уже выслали… У меня сомнения только одного порядка. И вызвано это тем, что, по утверждению вашей жены, грабителями были мужчины кавказской национальности.
Все четверо. Насколько мне известно, – последовал взгляд в сторону начальника штаба бригады, – вы в течение последнего года дважды бывали в командировках на Северном Кавказе, в Ингушетии и Дагестане. В деле об убийстве генерала Арцыбашева пока нет никакого кавказского, как сейчас говорят, следа. Хотя и нет данных, что убийство совершили не кавказцы. Тем не менее мне хотелось бы выслушать ваше мнение относительно какой-то возможной акции мести, как следствия вашей профессиональной деятельности там, на Северном Кавказе.
– Не могу себе даже представить такого. Не вижу причин для мести. Там, где мы вели боевые действия, где уничтожали бандитов, никто не знал моих должности, фамилии и имени-отчества. Тем более места жительства. Считаю, что такую версию, если вы своим рабочим временем дорожите, можно даже не воспринимать всерьез…
– А не может это быть простой квартирной кражей? – спросил подполковник Совкунов. – Ну – случайность, совпадение по времени? А мы все, как обычно, усложняем…
– Не может, – теперь уже категорично сказал следователь.
– Когда хозяйка квартиры вернулась, первое, что ее спросили, – где ее муж. Они не квартиру грабить приехали, а искали товарища старшего лейтенанта, намереваясь, видимо, задать ему несколько вопросов…"
"– Ах, даже так! – воскликнул Василий Иванович. – Значит, меня ищут? Это, скажу честно, приятно. Кто ищет, тот всегда найдет. А мне очень хотелось бы встретиться с ними.
– Тоже не советую торопиться.
Во-первых, предупреждаю заранее, что самосуд расценивается следствием как нарушение закона. Во-вторых, эти люди вооружены и очень опасны. Капитан Твердовский имел возможность в этом убедиться. Поэтому рекомендую самостоятельных контактов избегать, излишней инициативы не проявлять, а о любом подозрительном случае сообщать в правоохранительные органы. И никто, поверьте мне, не обвинит вас за это в недостаточной храбрости.
Старший лейтенант переглянулся с подполковником.
