Кто командует катером «МО-171»? Каргин редко встречался с командирами из дивизиона «морских охотников» и мало знал их. Однако командира «МО-171» он вдруг припомнил. Тоненький, очень молодой… ну, года двадцать три, наверно. Белокурый, а глаза темные. Фамилия его — Ковалевский… Лейтенант Ковалевский. Каргин видел его несколько раз в Новой Ладоге, а перед войной они встречались в Кронштадте, в Доме флота. Однажды Каргин играл с ним на бильярде и без труда выиграл у него партию…
«МО-171», появившись, на полном ходу устремился в пространство между «ТЩ-100» и вражескими катерами.
Что он задумал, этот Ковалевский? Что он собирался делать?
Внезапно из «морского охотника» повалил густой дым, потянулся за ним как исполинский мохнатый хвост, и, тяжелый, непроглядный, клубящийся, разлегся на волнах, становясь всё шире и поднимаясь всё выше.
Дымовая завеса!
Так вот что придумал Ковалевский, первым пришедший на помощь Каргину! Он сразу оценил положение и прежде всего решил дать «ТЩ-100» передышку, дать ему возможность уйти от погони.
Весь огонь вражеских катеров он принял на себя и повел за собой всю их свору, отгородив дымовой завесой тральщик Каргина от боя, от неприятельских судов, от острова Сухо…
— Товарищ старший лейтенант…
Каргин обернулся.
Перед ним стоял Соколюк.
— Ну как? — спросил Каргин и взглянул на часы. Прошло тридцать четыре минуты. Почти, тридцать пять.
— Радио работает уже четыре минуты, — сказал Соколюк.
— Передали в штаб?
— Всё передал.
— А что приняли?
— Принял приказание командующего флотилии.
Он подал Каргину радиограмму. Командующий сообщал, что помощь острову идет, и приказывал Каргину делать всё возможное, чтобы задержать высадку десанта.
— Благодарю, товарищ Соколюк, — сказал Каргин. — Спасибо, Ваня! А приказание командующего мы уже давно выполняем.
И он повел свой тральщик в обход дымовой завесе, чтобы помочь «МО-171», который принял на себя всю тяжесть боя.
6
Двадцать второго октября эскадрилья Лунина совершила свой первый боевой вылет на самолетах новой конструкции.
"
"Лунин не думал, что ему придется вылететь в это мглистое октябрьское утро. Уже несколько суток вся авиация сидела на земле, прижатая туманом, низкой облачностью, моросящими дождями. Ночью выпал первый снег и побелил поле аэродрома. К рассвету снег почти весь растаял и лежал кое-где сероватыми пятнами. Рассветало вяло, хмуро, небо грозило дождем или новым снегом.
