Кара игриво поправила Мохаммеду шаровары и улыбнулась, почувствовав, как напрягся слуга. Она купалась в его желании, дышала его обожанием, восхищением сильного самца, жаждущего молодого и горячего тела. Ее тела. Кара знала, что достаточно одного намека, чтобы он набросился на нее, как дикий зверь. Негр редко получал такие намеки.
— Нам пора, Мохаммед, мы должны идти.
* * *Московское полицейское управление.
Москва, улица Петровка,
28 сентября, четверг, 15:23
Когда капитан Шустов приоткрыл дверь и подчеркнуто робко, одним глазком, заглянул в кабинет, Корнилов как раз отбросил в сторону толстую папку и потянулся за сигаретами.
Кроме майора, в помещении никого не было.
— Ну и чего смотришь? — буркнул Андрей, заметив дурачащегося заместителя.
— Думаю, входить или не входить, — честно признался Шустов, приятно улыбаясь начальству.
— А в чем сомнения?
— Так если войду, ты ведь заставишь работать.
Корнилов прищурился.
Отдел специальных расследований появился в составе московского полицейского управления относительно недавно — всего несколько лет назад.
Основным направлением работы подразделения была борьба с организованными преступными группировками, во множестве расплодившимися в Москве во времена распада империи, и, надо отдать должное, отдел сумел справиться с поставленной задачей. За время своего существования отдел специальных расследований сумел прекратить деятельность большей части московских уголовных организаций, а его бессменный руководитель — майор Корнилов — заслужить звание лучшего полицейского страны, получить золотой жетон из рук президента и славу не знающего поражений сыщика.
Майор раскрывал все дела, которые ложились ему на стол.
Здоровяк, валяющий дурака за дверью, капитан Сергей Шустов, был заместителем Корнилова, а его сомнения объяснялись очень просто. Два дня назад Корнилов получил интересные сведения о канале поставок наркотиков в Москву. Дополнительную информацию мог дать недавно осужденный бандит, пребывающий на каторжных работах где-то в Якутии.
В отделе начались срочные поиски добровольца на трехдневную командировку в Сибирь, и Шустов, которому ярче всех светила эта перспектива, всеми силами старался уклониться от выполнения служебного долга.
— Кириллыч, — жалобно проныл Сергей, влезая в кабинет, — я себе важное дело нашел, ты не поверишь. Я должен немедленно им заняться и совсем не могу ехать на каторгу.
— Честно говоря, — признался майор, — я уже действительно готов отправить тебя туда.
