В полной прострации он наблюдал, как вопящие телохранители засоряли пространство пулями, как из-за «Мерседеса» совершенно невозможным образом возник летящий мужчина. Он приземлился на сразу промявшийся капот Васиной «четверки», невнятно выругался и снова прыгнул, оказавшись сразу на две машины впереди. Единственным, что точно заметил Вася, были четыре руки беглеца.
* * *Бар «Кружка для Неудачников».
Москва, Николоямская набережная,
29 сентября, пятница, 21:44
Почему Артем не любил бар «Кружка для Неудачников», он и сам вряд ли смог бы объяснить.
Не любил — и все. Может, дело было в названии, может, в отделке под низкопробный салун времен Дикого Запада, а скорее всего — в публике. «Кружка» была излюбленным заведением челов, знающих о существовании Тайного Города. Здесь постоянно толкались мелкие колдуны, неперспективные маги, прорицатели второго сорта и даже заурядные шарлатаны, способные только на то, чтобы дурить головы обывателям. Основанная на техническом прогрессе человская цивилизация не могла конкурировать в магии с обитателями Тайного Города, поэтому публика «Кружки» стояла в стороне от главных событий, что, безусловно, накладывало свой отпечаток на царящее там настроение и разговоры.
А еще Артема раздражало то, что «Кружка для Неудачников» был единственным баром Тайного Города, где не действовал запрет на курение. В результате заведение буквально тонуло в клубах табачного дыма, от чего наемник уже успел отвыкнуть.
— Люды — мерзавцы, — убежденно сообщил Артему Силантий Сиракузович, пожилой и потрепанный жизнью маг, отхлебывающий пиво из поднесенной ему наемником кружки.
— Понимают, сволочи, что нам не к кому больше податься, и постоянно повышают цены на магическую энергию.
— И намного подняли? — наемник лениво подвигал свою кружку по влажной барной стойке.
— В этом месяце на три процента, — Силантий Сиракузович сделал большой глоток и цапнул из тарелки соленые орешки, — уже второй раз.
Силантий Сиракузович кормился любовными приворотами и организацией прочных браков, одинаково щедро даруя счастливое избавление от опостылевшего одиночества и старым девам, и прыщавым девахам.
Работенка непыльная, но требующая довольно большого количества энергии: захомутать мужика, да еще непьющего и работящего, в наши дни становится все труднее и труднее, так что Силантию Сиракузовичу приходилось вертеться как белка в колесе, устраивая личную жизнь своих перезревших клиенток.
— А что, разве только у Зеленого Дома есть энергия для челов? — зевнул Артем.
