Пока я говорила с ней, демон снова начала кричать в подвале. Леди просила меня не класть трубку и оставаться с ней на линии, но я вдруг увидела в дверях маму. Она была бледной, ее шатало, но зато она уже стояла на ногах! Кажется, подействовала та таблетка из голубой бутылочки, которую Кристи посоветовала дать ей.
– С кем ты говоришь? – спросила она хрипло.
– С леди из службы спасения, – сказала я.
Мама нажала кнопку вызова охраны на стене и по связи сказала им отпереть ворота. Сейчас же. И впустить скорую, которая скоро приедет.
Я аж запрыгала от радости! Маму послушаются все, даже охрана!
Из подвала снова послышались хрипы и крики. Мне стало так страшно, что я выронила телефон из рук. Мама вынула пистолет, который прятала под ночной рубашкой, и пошла на голос. Я вцепилась в нее руками, умоляя не ходить туда, но она велела мне взять телефон, продолжить разговор с леди из службы спасения и идти в сад. И как только я увижу спасателей, я должна буду рассказать им, где подвал.
Я не хотела оставлять ее, но мама сказала, что все будет хорошо.
Что Бог всегда рядом с храбрыми. Она обняла меня, а я обняла ее. Уже когда я сидела в саду и разговаривала с леди из службы спасения, я услышала выстрелы. С таким звуком стрелял мамин пистолет. Она часто тренировалась стрелять в саду, училась сбивать шишки с самых высоких сосновых ветвей, так что я хорошо запомнила его звук.
Я зажмурилась и зашептала Богу молитву, прося Его защитить маму, папу, Кристи и даже того демона, которого мучил папа.
Я хотела спасти их всех. Мне надоело ходить на похороны…
Спасатели приехали быстрее, чем я закончила молитву. С ними были врачи. Меня подхватил на руки полицейский с большими белыми усами. Он сказал мне по секрету, что он Санта-Клаус и в полицию устроился, потому что устал развозить подарки. И с большим животом он больше не пролезает в трубу. И оленей так эксплуатировать – это негуманно. В общем, он был совершенно не страшный, и я смеялась над его шутками. Он велел мне закрыть глаза, когда из дома выносили мертвых и раненых, но я все равно увидела всех.
Кстати, мертвого легко отличить от раненого. Мертвого кладут в большую сумку с молнией, и его лица больше не видно. А раненых выносят на носилках с кислородными масками на лице.
Из дома вынесли две сумки и две носилки. Я не разглядела, кто ранен, а кто мертв. Спросила у Санты, где моя мама, и он сказал, что с ней все хорошо. Потом он достал рацию и спросил у рации, как у нее дела.
