На мгновение умолкли гости, когда узнали во мне Кристи МакАлистер, которая в детстве была кудрявой и рыжеволосой бестией, потом с Божьей помощью волосы сами собой распрямились и приобрели чистый золотистый оттенок, а теперь, не иначе как под влиянием депрессии, бедняжка выкрасила их в цвет воронова крыла. Да еще и платье надела в тон – угольно-черный сатин, холодный и невесомый, как сумерки.
Гэбриэл Харт, который только-только вошел в гостиную, остановился, словно молнией пораженный. Не узнал меня. Потом взял два бокала с шампанским и, не сводя с меня глаз, зашагал ко мне навстречу.
– Если бы я знал, что сюда прибудет сама Королева ночи, то не посмел бы опаздывать. Ты потрясающе выглядишь. С возвращением домой, – проговорил он тихо. Так, чтобы услышала только я.
Я улыбнулась и взяла его под руку. Харт оценил мой новый оттенок волос и мой образ. И Рейчел не скажет мне ничего плохого. А мнение остальных – да пусть в задницу его себе засунут."
"Когда всех пригласили к столу, я поняла, что совсем не хочу есть.
За все то время, что я находилась в больнице, организм отвык от еды. Врачи перед выпиской настаивали, что мне нужно начинать есть и без питания я не смогу поправиться, однако от одного запаха еды меня выворачивало наизнанку.
Но еще больше меня мутило от людей. От их раздражающей суеты и бессмысленных разговоров.
– Стаффорды пожалеют! Они заплатят! Бог их проклянет! Они не уйдут безнаказанными! – клокотала сидящая рядом с отцом моя двоюродная тетка Шинейд.
Сколько себя помню, она никогда не отличалась тактом, а суетливостью напоминала курицу, которой только отрубили голову: все эти прыжки, беготня, хлопанье крыльями кого угодно могли свести с ума.
И черт бы с ней, но разговор подхватили другие. На головы Стаффордов посыпались проклятия и пожелания сдохнуть в муках. Даже малютка Агнес вытерла пальчики о платье и объявила: «Стаффордам – смерть». И почему-то именно ее слова – слова ребенка, который еще в куклы играет, – привели меня в ужас. Ведь она не понимает, о чем говорит.
Что ей рисует ее воображение в эту минуту? Монстров? Инопланетян с плотоядной дырой вместо рта? А что, если они люди, Агнес? Такие же люди, как мы с тобой. И неужели ты уже позабыла, как играла с Дэмиеном Стаффордом и восхищалась его прекрасной Дженни?
Я смотрела в тарелку, не решаясь поднять глаза. Отец сидел напротив, и одно его присутствие приводило меня в ужас. Один его взгляд мог заставить меня панически бежать из гостиной прочь.
