Напротив, подставлялись им, дабы частичка живого огня проникла в сердце, поскольку человек с искрой божьей становился земным творцом. Первозданный мир, в том числе и мир богов, был близок и понятен, и всякий младенец, впервые увидев Пра, мог спросить, что это, и получить ясный ответ:
— Боже.
Ибо Творец был воплощен в огне и никогда не имел иной плоти, будучи в небесном, или, как звучало на арварском наречии, в нектарном пространстве, то есть в не Земном. И лишь спускаясь на Землю, именуемую Тара — вместилище, он принимал земные образы животных и птиц.
Но только образы, дабы не спалить свое творение, и при этом никогда не перевоплощался, оставаясь огнем.
Узнать его мог даже младенец, единожды взглянувший на Пра.
Когда арвары бежали с Родины Богов, покрытой льдом, верные заповеди Даждьбога и сохранившие бессмертие русы, коих называли праведные, сначала шли вместе с потомками всех трех сыновей Рода, помогая своим собратьям одолевать тяжкий путь сквозь холодные и мрачные ледяные горы. Малые числом, лишенные воинственного духа, они не вступали в споры из-за пищи, ибо не ели мертвечины, не ссорились, деля топливо, и не враждовали из-за земного огня.
А поскольку боги уже покинули свою Родину и ни на земле, ни в закрытом тучами нектаре не было видно ни Зги, то бессмертных великанов, хранящих в себе божью искру, часто призывали рассудить тот или иной спор и утвердить справедливость.
Благодаря своему росту и силе, праведники-исполины и поленицы всегда шли далеко впереди, вместе с мамонтами, выбирая путь через торосы, трещины и пробивая дорогу в снежных завалах, поэтому лавина измельчавших русов, росов и расов вынуждена была двигаться по их следу, что со временем и стало вызывать недовольство.
Вольным арварам, забывшим всех своих богов, кроме Уда, и утратившим Зрак — ощущение пространства, казалось, что их не туда ведут, и потому начали возникать раздоры. Каждый тянул в свою сторону, указывая путь к теплой земле и свету, и все вместе роптали на бессмертных русов, говоря, что они водят по кругу, заставляют голодать, мерзнуть и гибнуть, а сами ничуть не страдают от божьего наказания.
И вот однажды недовольное ворчание и ропот переросли в открытую свару: арвары обвинили вечных русов, что они возгордились своей силой, уподобились богам и теперь повелевают всем народом, заставляя идти за ними. И заявили, что отныне поведут сами, куда захотят, исполины же пойдут не с мамонтами, а с обрами, что плелись по пятами.
