По завету я не обязан брать тебя в жены.
— Но не познав женщины, ты никогда не услышишь Астральных истин. Это сказали мудрые Гурбад-ажар. Так возьми меня, познай божественное удовольствие и уже на восходе солнца услышишь голос Астры.
— Совокупившись с тобой, я не испытаю удовольствия. Напротив, для меня это будет мучительно."
"— Почему? Посмотри, как я прекрасна! И знаю самые сокровенные тайны соития, которыми обладают лишь избранные жрицы Астры. Или земная и смертная, я не достойна быть твоей женой?
— Ты прекрасна, и я не вечный, но никогда не возьму тебя.
Моя воля сердца принадлежит деве по имени Краснозора. От любви к ней я остаюсь юным, не могу состариться и умереть, как все смертные.
— Любовь — это что? Приворотное зелье? Снадобье вечной молодости и страсти, как струя пустынной черной лисицы?
— Это чувства, заставляющие жить вечно. Это живой огонь, не украденный, как магический кристалл, а дарованный богами вкупе с волей. И если одна только его искра пронзает сердце, то время останавливается и начинается вечность.
— Кто же она, эта дева Краснозора? Богиня богов?
— Нет, она бессмертная поленица, которую я до сей поры не могу отыскать.
— Поэтому ты молишься ей и не слышишь голоса Астры?
— Я не молюсь, а мысленно беседую с ней о любви.
— Неужто из любви ты живешь уже двести лет и обрел бессмертие?
— У вечности нет иной природы, нежели любовь.
— Ты говоришь так, будто Астра уже открылась и голос ее был услышан тобой..
— Живой огонь молчит, но я думаю, он хранит в себе эту истину, ибо она божественна.
— Отчего же тогда преломленный в нем солнечный луч становится карающим?
— Всякий огонь может согреть и возродить жизнь, но может испепелить ее.
Гордость царевны слегка увяла вместе с ее пышными разноцветными одеждами. Она опустила взор и села у ног исполина.
— Но если ты не возьмешь меня, тебе придется отслужить все пятьдесят лет, — горестно молвила Авездра. — И может быть, остаться еще надолго. Отец не отступит, пока не откроется магический кристалл и на его истинах не взрастет новое поколение.
— Я обязался служить не отцу твоему, а тебе. Если не лжет молва, то живой огонь когда-нибудь откроется мне. И я исполню наш завет, пусть даже через век.
— Ты бессмертный, и что для тебя даже целое столетие? Моя же участь плачевна! Отвергая, ты обрекаешь меня на долю жрицы Астры.
Прошу, дагдар урбад, избавь от этой горькой доли! Вспомни, кто отыскал и избавил тебя от рабства.
