Вы что, не заметили этого потом, когда протрезвели?
Бизнесмен снова зашелся в хриплом хохоте:
– За две недели я успел разбить две машины, купил зачем-то шашлычную. Бывшей жене гражданство Италии оформил, а где побывал, уже и не вспомню. Кажется, летал в Лондон… или это был Рим? Не помню, все как в тумане. Только и помню этот вкус, мороженое и коньяк, – он снова закатил глаза. – Дальше пу-сто-та.
– Я предлагаю вам написать заявление на девушку, которая представилась Кариной, и ее подельника. Если вы проверите свои счета и карты, к ним привязанные, то сможете восстановить, какую сумму они списали.
Вы будете пострадавшим в уголовном деле о мошенничестве, – начал было Крячко.
Только мужчина вдруг резко побледнел, черты лица заострились, а в глазах вспыхнула злость:
– Плевать мне на деньги, у меня их куча. Вот здоровье одно, печень одна. Я этой дряни доверил, рассказал про свою проблему. Она слушала, кивала, а потом подлила мне алкоголь, наплевав, что я каждый свой день трезвости считаю за подвиг.
Да я могу купить хоть весь алкоголь мира, могу не работать, только пить целыми днями! – Он заходил от злости по огромной гостиной со стеклянной панорамной стеной. – Но я не хочу! Я стараюсь, каждый час борюсь с самим собой, чтобы не умереть в наркологической больнице. Я объяснял это Карине, мне казалось, что она меня поняла. А потом удар в спину, из-за него снова срыв. – Вадим решительно шагнул к оперу и кивнул согласно: – Не из-за денег я дам показания, а из-за ее предательства. Она толкнула меня в яму, лишь бы поживиться этими жалкими сотнями тысяч.
Пускай ответит за это!
На этом они и договорились, Станислав был рад получить согласие о даче показаний хотя бы от второго пострадавшего. Время уже поджимало, поэтому из огромного лофта в высотке он направился прямо в свою скромную квартиру, где его ждали не сотни жгучих красоток, а одна-единственная любимая жена Наталья.
В полночь напарники наконец встретились у спуска на станцию. Двери были плотно закрыты, хорошо, что полковник Орлов постарался и сегодня: для оперативников наряд полиции открыл двери внутрь.
С табельным оружием наперевес парочка полицейских топтались у входа, при виде оперов по тяжким вытянулись в струнку, ожидая приказа. Гуров приказал:
– Перекройте выход со станции по обе стороны, если преступник попытается сбежать. На станции работы идут?
Молодой румяный парнишка кивнул на его вопрос:
– Так точно, товарищ полковник. Там уборщик, вы его сразу услышите.