Он однажды восхитился естественной красотой модели на рекламном стенде и получил тогда от Марии целую лекцию по нюд-мейкапу, когда девушка после нескольких часов перед зеркалом и кучи слоев тональных кремов, блеска, румян, пудры, губной помады выглядела так, будто просто только что проснулась и умылась, а сияющая ровная кожа, пухлые губы и игривый изгиб ресниц даны ей от природы. Поэтому сейчас он, внимательно присмотревшись, понял, что пушистые ресницы и невинные пухлые губы у девушки – всего лишь результат искусного использования косметики, при этом еще густые светлые пряди и челка закрывали лоб и щеки, так что овал лица почти невозможно было рассмотреть.
Прожив с актрисой много лет и побывав на почти всех ее спектаклях, Гуров знал, как сильно может с помощью макияжа изменить свою внешность женщина. Мария играла в театре невинную Джульетту, зрелую мадам Помпадур, уродливую волшебницу Бастинду, величественную царицу Екатерину Великую. Она каждый раз выглядела так по-разному, что Лев и сам из зрительного зала не всегда узнавал любимую жену в новом образе.
При мысли о гриме и женщинах, что так ловко меняют внешность, он сразу вспомнил Алису Банину, тоже такую бесхитростную и милую на первый взгляд, но при этом с тайной внутри и большим количеством лжи снаружи. Почему она рассказывает всем окружающим разные версии о своих визитершах? Этим он займется потом, когда побеседует с Прохоровой и найдет татуированного прохожего из метро. Чем еще заниматься одинокому сыщику уголовного розыска в отсутствие жены? Ну не по ресторанам же девиц водить.
Ничем хорошим это не заканчивается, как показала история Громова.
* * *Дверь в квартиру Прохоровой ему распахнула дородная женщина в шелковом халате. При виде незнакомца аккуратные брови на холеном лице недовольно сдвинулись:
– Ну что вам?
– Я хотел бы увидеть Алину Прохорову.
– Алина спит, это во-первых, а во-вторых, кто вы такой и зачем вам моя дочь?
Голос у женщины при каждом слове становился все сильнее, заполняя пространство вокруг.
На звуки вылетела и залаяла белая болонка, в коридоре кто-то засопел и из-за плеча блондинки показался крепко сколоченный толстый мужчина.
– Что происходит? Кто это?
– Я сама хотела бы узнать! Он спрашивает Алину!
От поднявшегося шума у Гурова заныло в висках. Он не хотел пугать домочадцев Прохоровой, но родителей уже было не остановить. Опер достал служебное удостоверение, представился.