Слушай, Клещ, давай вернемся за стол, и я тебе все спокойно растолкую.
— Идет. Тем более что у нас там стоит еще не допитая бутылка и ароматы гораздо приятней. Глядишь, мы еще станем друзьями.
— Буду безмерно рад.
— Прошу!
— Только после вас!
— Ах, какие манеры! Батлер, вы мне начинаете нравиться! Надо скрепить нашу дружбу умеренными возлияниями. Как вы думаете, нам трех литров гномьей водки хватит?
— Думаю, на сегодняшний вечер достаточно.
— На ночь, Батлер, на ночь!
Новоиспеченные друзья покинули сортир и пошли скреплять братский договор «умеренными» возлияниями.
5
Дружбу скреплять решили все же не в общем зале. Разговор предстоял приватный, а потому по требованию Арчибальда им предоставили отдельный номер, предварительно выкинув оттуда упившихся в зюзю гуляк. Шутки шутками, а на гномью водку решили не налегать. Арчи прекрасно понимал, что оказался среди кучи враждебных криминальных группировок в незнакомом городе, к тому же полностью лишенный магических способностей, а потому предпочитал иметь ясную голову.
Голове Батлера в тайной секции библиотеки и так досталось, и он тоже решил ее поберечь. Юноша давно уже заметил, что тайный агент недавно пострадал, и теперь, когда они заключили джентльменское соглашение, приказал принести в номер таз с водой, чистые тряпицы и неразбавленной гномьей водки. Он лично провел варварскую дезинфекцию чистым спиртом, от которой Батлер чуть не полез на потолок, помог отмыть окровавленный колтун волос… короче, привел его в порядок, и только после этого началась доверительная беседа.
На этот раз Батлер не юлил. Особо сильно не распространялся, но и ничего не скрывал. Докладывал емко, коротко, по–военному рублеными фразами. Личность таинственного принца Флоризеля, забитого одноглазым гигантом, Арчибальда заворожила и насторожила…
— Одином, говоришь, назвался?
— Одином, — подтвердил Батлер."
"— Охренеть! Вот это номер! Дикая Охота. И Драко, гад, объявился, не добили мы его, выходит, и сгусток тьмы, и Безумный Бог… вырвался–таки на свободу, сволочь! Так, на Бригании можно ставить крест…
— Ну Безумного Бога, — тормознул юношу Батлер, — я не видел.
Я только о нем слышал. Меня там между стеллажами малость зажало… — Вот тут агент слукавил. Ему стыдно было признаться, что, после того как принца, к которому бывший дворецкий был очень привязан, замочили, он сидел на корточках, схватившись за голову, и тихо подвывал от горя. Потому ничего и не видел.
