Хохот отца заставил девушку на мгновение застыть, и небо тут же заволокло тучами, Сверкнула молния, хлынул дождь.
— Эк его колбасит, — жизнерадостно хмыкнул принц Флоризель. — Видать, последние двести грамм были лишние.
— Да, что–то он стал много пить, — встрепенулась Бонита. — Не пойму только, по ком природа плачет?
— Это ты к чему? — удивился принц Флоризель.
— А я знаю? Как–то само собой вырвалось. — Девушка нахмурилась, пытаясь что–то вспомнить.
— Странная ты какая–то сегодня. И папашу твоего колбасит.
Надеюсь, это у тебя не наследственное.
— На себя посмотри, чучело!
— О! Приходишь в норму. А я уж хотел тебя до твоей комнаты проводить.
— Это еще зачем?
— Ну мало ли чего? С головкой у тебя, как выяснилось, не все в порядке. Вдруг заблудишься? А я тебя провожу, раздену, спать уложу…
— Я тебе уложу!!!"
"Принц Флоризель ловко увернулся от подзатыльника и, хохоча во все горло, помчался вверх по лестнице на второй этаж, а там припустил по коридору в сторону апартаментов, выделенных ему председателем.
Агрессивная девица неслась вслед за ним по пятам, пытаясь на бегу отвесить наглецу хорошего пинка. Не успела. Дверь захлопнулась прямо перед ее носом. Бонита отвела душу, пнув дверь каблучком, сердито фыркнула и ушла в свою комнату.
Тем временем промокший под проливным дождем до костей Батлер из кустов продолжал наблюдать за домом, гадая, за каким окном скрывается его подопечный. Ответ пришлось ждать недолго. В двух окнах, расположенных по соседству, загорелся свет.
Батлер возблагодарил Трисветлого за то, что стены особняка оказались украшенными лепниной, выскочил из кустов, поплевал на руки и полез вверх, используя декоративную отделку фасада в качестве лестницы. Открывшаяся перед ним картинка в правом окне заставила кадык агента тайной канцелярии ходить ходуном: там переодевалась Бонита. Ему очень хотелось досмотреть это бесплатное эротическое шоу до конца, но долг был превыше всего. Батлер, исторгнув из груди тяжкий, томный вздох, переместился в сторону окна слева.
И там его первоначальные подозрения подтвердились. Подопечный как раз снимал с лица маску. Это действительно был принц Флоризель! Принц небрежно кинул маску на кровать и направился к окну.
— Оу–у–у… — Батлер поспешил убрать из оконного проема свою физиономию и, прекрасно понимая, что удирать уже поздно, ограничился тем, что повис на лепнине фасада, держась за нее кончиками пальцев.
Окошко распахнулось.
