Прикрыв за собой дверь, главный виночерпий привалился к косяку, стер со лба обильно выступивший пот.
– Н–е–ет, – донеслось до него из–за двери, – я бы этих воров сварил в масле, а ещё лучше в смоле. Как застынут, хорошие статуи получатся. Черненькие. Около трона бы поставил в назидание другим и любова–а–ался, любова–а–ался…
Содержимое желудка главного винодела запросилось наружу. Бешеным усилием воли он загнал его обратно и по стеночке двинулся в обратный путь. В свой кабинет главный винодел вошёл позеленевший.
– Ну? – жадно спросили его подельники.
– После того как с нас снимут кожу, будут варить в кипящей смоле, – поделился добытой информацией Арманьяк, – а потом в виде черненьких статуй выставят около трона. В назидание всем остальным.
Шеф–повар схватился за голову, но Мажерье не дал ему удариться в истерику.
– Спокойно, за дело берусь я! Не первый год в дворцовых интригах кручусь. Ждите!
Управляющий вышел из кабинета винодела и не спеша двинулся в сторону гостевых комнат. Именно не спеша.
Он по опыту знал, что клиенту надо дать время расслабиться и, как только душа его придёт в гармонию с окружающей средой, подловить его в самом прекрасном расположении духа. К его приходу Одуван осилил все кувшины и добивал изобретение Арманьяка прямо из горла.
– Тре–е–етий пришёл, – прорычал он. – Чего тебе?
Управляющий понял, что миссия провалена. Прекрасным настроение клиента назвать было нельзя.
– Узнать о ваших пожеланиях…"
"Одуван сморщился, махнул рукой, грохнул пустой бутылкой об пол, так что во все стороны полетели стеклянные брызги, и вновь ударился в грустные размышления о своей загубленной во цвете лет жизни.
Только теперь они под влиянием алкогольных паров звучали достаточно громко и внятно.
– Можно подсунуть взятку – Колдун подпер щёку, мутными глазами уставился на управляющего. – Глядишь, и лёгким испугом отделаешься…
Мажерье воспринял это как намек. Он расплылся, раз двадцать шаркнул ножкой, раз тридцать поклонился, вылетел из гостевой и нос к носу столкнулся с Арканарским вором, который успел уже обчистить полдворца, а потому сгибался под тяжестью здоровенного мешка.
– Ах, вас–то мне и надо, – таинственно прошептал управляющий, оттаскивая проходимца подальше от дверей грозного колдуна.
– Чего тебе? – не менее сердито, чем его «дебильный брат», вопросил Арчи. – Видишь, я дознание произвожу, место преступления изучаю. Во сколько вещдоков накопал! – Аферист, резко ухнув, скинул мешок с плеча.
