Из храма дохнуло нестерпимым жаром.
Но стенам мелькали алые всполохи.
– Готов ты пройти этот путь?
– Можно подумать, у меня есть другой, – хмыкнул Арчибальд.
Юноша смело шагнул вперёд. Двери закрылись за его спиной.
– Во попал!
Только теперь Арчи понял, как его круто подставили.
В этом храме вообще не было пола. Стены и своды храма окружали жерло вулкана. Далеко внизу булькала, пузырилась лава, прорываясь сквозь трещины в тонкой корочке плавящейся и вновь застывающей горной породы.
– Нет, ну так нечестно! Выйду, попрошу Одувана всем им морды набить.
"
"Арчибальд огляделся. Он, конечно, мог проползти и по стене, мог и по потолку прошуршать, но с полной чашей… Аферист начал изучать чашу, стоящую на постаменте рядом со входом. Она была сделана из неизвестного ему зелёного металла, по которому пробегали золотые искорки и голубоватые блики. На вид довольно массивная, большая. Нести можно, только плотно прижав руками к груди.
– И ведь набулькали, сволочи, до краев! Издеваются, гады!
Арчи сел на каменный пол и начал строить планы мести.
– Нет, бить морды мы им не будем. Так легко они от нас не отделаются. Я лично из местных фруктов забацаю им самопляс, спою всех к Дьяговой матери, а потом не дам похмелиться. В ногах валяться будут! Сами–то самогонку гнать не умеют, а я им секрет ни за что не скажу!
Планы страшной мести навели его на мысль.
– Что там этот старый хрыч насчёт вечного огня бормотал? Ни одна капля не должна упасть вниз? Ха! Пусть попробует.
Он осторожно коснулся рукой стенки чаши.
– Брр… ледяная! Тоже мне вечный огонь!
Деликатно ткнул пальнем внутрь.
– Гм… тепленькая, – Арчи лизнул палец. – На вкус ничего. Ну если меня от этого пойла потом пронесет, я им ещё страшнее месть придумаю.
Арчи сделал длинный глоток.
– Уффф…
Бешено заколотилось сердце. По жилам заструилась кровь, вымывая из организма остатки хмеля. Арчибальд бросил взгляд в сторону пропасти и замер. В воздухе висели каменные плиты. От входа до самого выхода. До двери на противоположной стороне жерла вулкана.
Между ними были промежутки шириной метра в два–три.
– Фигушки, не заманите. По стеночкам–то оно надежнее. Наверняка какую–нибудь подлянку подстроили.
Арчи приложился к чаше и принялся закачивать в себя остальное. Он пил, пил, пил, а проклятая жидкость всё не кончалась. Последняя капля, которую он затолкал и себя, упорно булькала в горле и просилась наружу.
– Оу–у–у… буль!
Живот афериста раздулся так, что он понял: не то что ползти по стене, идти толком не сможет.
