– Отче, освяти, – протянул заспанному святому отцу своё оружие аферист. – Его тоже. Одуван, протяни руку.
– Кастеты? – ужаснулся святой отец.
– Кастеты, – сурово подтвердил авантюрист, – причём серебряные. С нечистью идем биться. Ух, он у нас получит!
Святой отец увидел на оригинальном оружии лики святых, успокоился и с лёгкой душой окропил их святой водой. До Одувана наконец–то дошло.
– Сейчас мы его возьмём в оборот, братишка.
Во дворец они ворвались с таким зверским видом, что стража испуганно шарахнулась в сторону.
Мерлан честно ждал их в отведенных «вольным магам» апартаментах, радостно кинулся навстречу и с порога получил в лоб сразу с двух сторон.
– Очумели? – взвизгнул дух, отлетая к стенке. На лбу его алели отпечатки Трисветлого в окружении последователей, причисленных к лику святых. Одна группа отпечатков была раз в пять крупнее другой. – Больно же! Странно… Я же умер. Почему больно?
– Сейчас будет ещё больнее! – посулил Арчибальд.
– Да! – воинственно взмахнул кастетом Одуван.
– Мы тебе покажем, как наши улики воровать!
Первый материальный удар по нематериальному духу так воодушевил деревенского колдуна, что он, не дожидаясь команды Арчи, ринулся в атаку. Арчибальд поддержал его, налетая на призрак с другой стороны. Мерлан так быстро взлетел под потолок, спасаясь от освященных кастетов, что нарвался на вампира Антонио, по привычке восседавшего на люстре.
– А ты кто? – ошалело спросил дух.
– Живу я здесь, – не менее ошалело ответил вампир и шарахнул бедное привидение кристаллом по голове.
Хоть он и не был освящен, но дело своё сделал. Мерлан рухнул в низ.
– Спасибо, – автоматически сказал Арчибальд, и началась любимая арканарская забава под названием драка, в процессе которой они катались не только по полу, но и по стенам, и по потолку, в пылу битвы сметя с него люстру вместе с Антонио и его кристаллом, который он так и не сумел настроить на передачу. В конце концов на полу организовалась приличная куча–мала, из которой изредка доносились жалобные попискивания вампира:
– Мужики! Я тут вообще ни при чём!
Наконец бедолага нашёл щелочку, сумел в неё просочиться и серой молнией ушёл в форточку.
Это и послужило сигналом для окончания боя. Арчибальд опомнился, куча–мала распалась. Дух, Одуван и Арканарский вор сидели в разных углах разгромленной спальни и сердито пыхтели, бросая украдкой не менее сердитые взгляды друг на друга.
– Это тоже твой кадр был? – нарушил наконец молчание Арчибальд.
