Наумов вошел вслед за Андреем, молча выдернул из розетки шнур телефона и взял его со стола.
— Через десять минут вам принесут бритву и необходимые туалетные принадлежности. Через сорок минут завтрак. Отдыхайте, Андрей Викторович.
Наумов вышел. Повернулся ключ в двери. Андрей обессиленно опустился в кресло."
"Подполковник Кудасов уехал от Обнорского не в лучшем настроении. Да и было от чего. Неужели у Андрюхи поехала крыша? Или это у него от стресса и двухдневной пьянки?
Бог ведает. Человек-то творческий… а с этими творческими личностями всегда что-нибудь этакое.
С другой стороны — Обнорский журналист. Причем работающий с криминальным материалом. Он привык мыслить трезво, конкретно, с уважением относиться к Его Величеству Факту. Обладает аналитическим складом ума. Такие люди в мистику не верят. Прозрение, ясновидение… чушь. И все же Андрей совершенно серьезно и искренне заявил о прозрении. Не слабо. Что ж, попробуем опираться на факты.
А факты таковы: к семи утра журналист Обнорский располагал секретной информацией, которую сам Никита получил накануне около полуночи.
Вопрос: откуда? Ответ: совершенно непонятно… Хороший ответ. Ладно, сказал Кудасов сам себе. Попробуем по-другому. А не было ли это пьяным бредом? Кудасов задумался. Нет, сказал он себе несколько минут спустя, не похоже это на бред… Андрей точно указал место. Точно назвал орудия убийства. Количество трупов? Ну, это еще не факт… А заодно упомянул неких анонимных кавказцев. Тоже, конечно, не факт.
На утренней оперативке подполковник Кудасов сориентировал своих сотрудников на отработку кавказской версии.
— А что, есть какая-то зацепочка? — живо заинтересовался Резаков.
— Есть некоторая… агентурная информация, — сказал, отводя глаза, подполковник.
В Пулково-2 Обнорского отвезли на той же самой «Волге», на которой доставили к Наумову. Напоследок Николай Иванович пожал Андрею руку, пожелал успеха, богатства. Странно, но это у него получалось естественно, даже как-то легко, весело. Что ж, общаться с людьми ты умеешь, сделал заключение Обнорский.
А потом… потом, глядя прямо в глаза, удерживая руку Андрея и продолжая улыбаться, Наумов сказал:
— Ну и, разумеется, вы помните, что все ваши родные — и родители, и брат — тоже с нетерпением ждут вашего возвращения… Присядем на дорожку?
Да, все у Наумова получалось легко и весело… Андрей резко высвободил руку. Через минуту он сидел в «Волге». Было противно. Было ощущение, что попал в капкан… На меня, Никита, у смерти все лимиты выбраны.
