Покупка авиабилетов под такой случай вполне подходила. Разведчик наружки доложил об этом неизвестному, которого звали Николай Иванович.
Жернова закрутились быстрее. Вместо муки из-под них текла человеческая кровь, хрустели ребра.
Обнорский поймал такси и поехал домой. Около подъезда его и встретили. Двое одинаковых мужчин одновременно шагнули к Андрею. Оба были в плащах, костюмах, при галстуках.
— Обнорский Андрей Викторович? — утвердительно сказал один из них."
"— Похоже, комитетские за парнишечку взялись, — сказал разведчик своему напарнику в салоне серой копейки.
Они наблюдали за этой сценой метров с семидесяти.
— Похоже, так, — скупо отозвался напарник. Он взял трубку и связался с Николаем Ивановичем. Выслушав доклад, Наумов ответил:
— Все в порядке. Я знаю. Наблюдение можно снимать.
Эту команду разведчики выполнили с облегчением. Если парнишечку Комитет к себе забирает, то уж лучше остаться в стороне. Тихорецкий, когда поручил им пасти объект, намекнул, что задание особое… трепаться не надо.
— Обнорский Андрей Викторович?
— Я. С кем имею честь? — ответил Андрей, уже начиная догадываться. В ответ он услышал именно то, что ожидал, и увидел красную с золотом книжечку.
— Федеральная служба контрразведки. Вам придется проехать с нами, Андрей Викторович. Есть некоторые вопросы.
Андрей пожал плечами и шагнул к серой «Волге». Он не знал, что удостоверение комитетчика — липа, а сам сотрудник ФСК не имеет к этой организации никакого отношения. Хотя когда-то он и служил в КГБ СССР.
Но было это давно, в другой стране, в другой жизни… Уже более года бывший майор КГБ возглавлял службу безопасности банка «Инвестперспектива» и, по совместительству, личную контрразведку Наумова. Бог ведает, которая из сторон его деятельности была для майора более важной.
Обнорский сидел на заднем сиденье между двумя крепкими тренированными мужиками. «Волга» нырнула под Литейный мост, но, к удивлению Андрея, прошла прямо, дальше по набережной. Большой Дом остался сзади, слева, на противоположном берегу Невы.
Шевельнулось нехорошее предчувствие.
— Куда мы едем? — спросил Андрей.
— Не волнуйтесь, Андрей Викторович, мы едем на конспиративную квартиру. Встреча носит неофициальный характер.
Противно заныло в затылке, вспомнилось предупреждение Никиты и собственный самоуверенный ответ: на меня у смерти все лимиты выбраны.
Свернули на Кантемировскую. У моста стояла милицейская машина, гаишник и двое омоновцев. А если…
— Бросьте, Обнорский.
